вторник, 26 августа 2008 г.

Советская деревня глазами ВЧК Том 2. 28

№ 323
Спецсводка № 8 информотдела ОГПУ о повреждении посевов
вредителями
Не ранее 12 ноября 1928 г.
В связи с неблагоприятной погодой в ряде районов Союза полевым слизнем и другими вредителями (озимый червь и т.д.) повреждены ози­мые посевы. Наиболее поражены вредителями посевы в отдельных губер­ниях Центрально-Промышленного района (Владимирская, Иваново-Воз­несенская, Тверская, Костромская и Калужская губ.). В большинстве случаев значительная часть поврежденных посевов требует пересева.
Центрально-Промышленный район. По данным на 12 ноября 1928 г.
Иваново-Вознесенская губ. В ряде уездов повреждение озимых посевов довольно значительное. Так, в Макарьевском у. от озимого червя погибло до 2750 га земли. Из них подлежит пересеву 2100 га. В Юрьев-Польском у. повреждено улиткой 300 га, причем вся площадь полностью требует пересева. Аналогичное положение отмечено в Тейковском, Иваново-Воз­несенском и Родниковском у., где улиткой повреждено от 25 до 75 га посева, большая часть погибшей посев[ной] площади требует также пере­сева.
817
Владимирская губ. Общее количество озимых посевов по губернии, подвергнувшихся различным повреждениям, как-то: вымочкам, вымерза­нию, выпреванию, градобитию, а также пострадавших от осеннего разли­ва рек, составляет 25435,79 дес, что к общему количеству посев[ной] площади составляет около 11%. Наиболее пострадавшими у. являются Александровский и Владимирский (в первом погибло 6724 дес, во вто­ром — 9845 дес). Несколько меньше пострадали Муромский, Переяслав­ский и Вязниковский у. (от 2200 до 2800 с лишком десятин). Полевым слизнем уничтожена тоже значительная площадь посева. Так, во Влади­мирском у. повреждено около 400 га. В Вязниковском — до 300 га. В отдельных волостях Ковровского у. посев[ная] площадь уничтожена на 100%.
Калужская губ. В текущую осеннюю посев[ную] кампанию по губер­нии засеяно 294 000 га земли, из них появившимися вредителями, глав­ным образом слизняком, уничтожено 12 000 га. Из числа пораженной площади 30% посевов нуждается в полном пересеве. На борьбу с вреди­телями ГИКом было ассигновано 1500 руб., ассигнованные же Наркомзе-мом деньги в размере 1600 руб. не были израсходованы вследствие их поздней высылки на место. Проведенными агромероприятиями восста­новлено до 1000 га посев[ной] площади. В некоторых местах борьба с вре­дителями велась весьма примитивным способом: при помощи прегради-тельных канав, приманок, известью и золой.
Тверская губ. По данным на 1 октября гибель посевов в общегуберн­ском масштабе выражается в размере 25—30%. Наиболее пострадавшими уездами являются Тверской и Бежецкий, где погибло до 70—80% посе­вов. Более благоприятными являются Кимрский и Новоторжский у. Ус­тановившаяся в начале октября холодная погода, а также мероприятия земорганов по борьбе с вредителями парализовали несколько дальнейшее распространение слизня. В связи с наступившим потеплением существует опасение увеличения гибели посевов. Ощущающийся недостаток необхо­димых средств борьбы (яды) сильно тормозит успешную борьбу с вреди­телями.
Костромская губ. По неполным данным, вредителями уничтожено 4046 га посевов.
Запад. По данным на 12 ноября 1928 г.
Смоленская губ. Повреждено слизняком 12 000 га земли.
Центрально-Черноземная область. По данным на 10 ноября 1928 г. Незначительное повреждение озимых слизняком отмечено по двум райо­нам Орловского округа (Орловский и Узкинский), где погибло по 3 га посевов. В некоторых районах Елецкого округа отмечены отдельные слу­чаи появления озимой совки.
Нижне-Волжский край. По данным на 10 ноября 1928 г.
Общее состояние озимых 3,25 балла. Слизняк в незначительном коли­честве отмечен в Сердобском и Петровском районах Саратовского округа.
ЦА ФСБ РФ. Ф. 2. Оп. 7. Д. 525. Л. 126—127. Заверенная копия.
Год 1929
№ 324
Докладная записка ИНФО ОГПУ о массовых выступлениях
на религиозной почве за 1928 г.
Январь 1929 г.
В 1928 г. наблюдается рост массовых выступлений на религиозной почве. Если в 1926—1927 гг. случаи выступлений на религиозной почве единичны, то в 1928 г. по Союзу зарегистрировано на этой почве до 44 выступлений, из коих 29 имели место за период июль—декабрь. По числу выступлений особенно выделяется центр, где отмечено свыше 30% всех выступлений за 1928 г. По районам массовые выступления на рели­гиозной почве распределяются следующим образом: Центр — 15, СВО — 5, ЦЧО — 2, Урал — 2, ЛВО — 6, Сибирь — 3, Запад — 2, Татария — 4, Украина — 3, Чувашия — 2.
О количестве участников отдельных выступлений дает представление следующая таблица (данные по 33 выступлениям, по которым установле­но количество участников):

http://lh5.ggpht.com/sovderglazamivchk/SLkVIegqf3I/AAAAAAAAAJw/RiVGYqI7_4A/819.png

С количеством участников
до 50 чел.
от 51 до 100 [чел.]
от 101 до 200 [чел.]
от 201 до 300 [чел.]
от 301 до 500 [чел.]
от 501 до 750 [чел.]
от 751 до 1000 [чел.]
Всего участников
1
6
13
5
4
2
2
9110
В среднем же на каждое выступление приходится примерно до 275 чел. Следует отметить, что основной контингент участников выступлений формируется преимущественно из женщин. Мужчины в числе участни­ков составляют лишь незначительный процент. Подавляющее большин­ство выступлений проходит при непосредственном участии и под руковод­ством церковников, а также торговцев и кулацко-зажиточных элементов, составляющих актив церковников. По 33 случаям непосредственными инициаторами выступлений являлись: церковники — 21 выступление, торговцы — 4 и кулаки — 10 (в остальных случаях инициаторы не ус­тановлены).
Основными причинами, непосредственно вызывавшими массовые вы­ступления, являлись: закрытие церквей и монастырей — 17 случаев и отбор церковных зданий и домов священнослужителей для общественных нужд — 11. В остальных случаях выступления возникали на почве за­стройки церковной земли (3 факта), установки антенны на колокольне (3), изъятия церковного имущества за неуплату долгов и др. Если прово­димые мероприятия по закрытию церквей, изъятию церковных зданий и т.п. являются поводом к выступлению, то сами выступления в подавля­ющем большинстве случаев возникают как следствие недостаточно широ­кого разъяснения проводимых мероприятий, отсутствия соответствующей
819
подготовки, а иногда и нетактичных действий со стороны местных работ­ников.
Например, в Саранском округе (СВО) в с. Сабаево парторганизация, решив установить на колокольне антенну для радио, не только не прове­ла среди населения никакой подготовительной работы, но даже не поста­вила об этом в известность сельсовет. К тому же установка антенны про­изводилась во время богослужения. В результате возбуждение верующих на этой почве было настолько сильно, что лица, устанавливающие антен­ну, а также работники по хлебозаготовкам, пытавшиеся уговорить толпу, вынуждены были бежать из села, опасаясь самосуда. При этом иногда такого рода мероприятия проводятся без учета настроения населения и возможных на этой почве эксцессов. В этом отношении особо следует от­метить выступления на почве ареста священнослужителей и вывозов их в органы ОГПУ (6 случаев).
В г. Вязниках Владимирской губ. протест против ареста актива цер­ковников и духовенства во главе с епископом вылился в открытое анти­советское выступление, проходящее под лозунгом: «Дайте хлеба. Доволь­но нас мучить. Дайте нам свободу».
В Северо-Двинской губ. (ЛВО) епископ Ерофей, проживавший в г. Ни-кольске, вызванный для допроса в губотдел, не только не явился, но, ис­пользуя свое влияние на население, повел среди него агитацию о том, что соввласть вызывает его в ОГПУ с тем, чтобы изгнать религию и т.п. Когда же он был арестован через милицию, то по дороге группа верую­щих отбила его от конвоировавших двух милиционеров и начальника] милиции. Прибывший вместе с отрядом для ареста епископа пом[ощник] прокурора был встречен со стороны верующих, подговоренных кулаками, камнями, а один из комсомольцев был избит. Сам епископ153 был арес­тован в лесу, причем оказал сопротивление и был тяжело ранен. По дан­ному делу было арестовано 57 чел.
В той же губ. в с. Волна В.-Устюгского района священник во время богослужения в церкви в присутствии 300 верующих заявил: «Меня вы­зывают в ОГПУ и я совершенно не знаю, за что вызывают, поскольку я являюсь вашим ставленником и живу на ваши средства, то мне нужно ваше согласие идти или не идти». Верующие, узнав, что данный вызов получен через сельсовет, пришли прямо из церкви к сельсовету с крика­ми: «Нам поп нужен и мы попа не отпустим, давайте нам секретную переписку и напишите приговор-ходатайство о попе». Причем секретарь сельсовета был вытащен из здания сельсовета.
В Пермском округе (Урал) в Очерском районе милиционеры, получив предписание начальника адмчасти о немедленном аресте священника, произвели арест в церкви сразу же после богослужения в присутствии верующих, что вызвало резкое возмущение последних, которые от цер­кви толпой направились с протестом к прокурору.
Со стороны духовенства и церковников всякое мероприятие, затраги­вающее интересы церковных общин, вызывает обычно активное противо­действие. При этом деятельность духовенства и церковников направлена, главным образом, к тому, чтобы мобилизовать вокруг себя широкие массы верующих. За последнее время стали гораздо чаще встречаться случаи массовых выступлений, где имеется налицо соответствующая об­работка духовенством и церковниками актива верующих.
В Ярославской губ. в Тверицкой вол. отдельные члены церковного со­вета при церкви быв. Толгского монастыря и монахи данного монастыря
820
совместно с настоятелем, зная заранее о прибытии комиссии для растор­жения договора с религиозной общиной, устраивают нелегальное совеща­ние, на котором решают не допускать закрытие церкви. По прибытии ко­миссии некоторые члены церковного совета отправляются в близлежащие деревни с целью оповестить об этом население.
В Московской губ. в Егорьевском у., как только был поставлен вопрос о закрытии собора, духовенство развернуло широкую кампанию среди ве­рующих. По инициативе одного из священников и председателя] церков­ного совета в соборе устраивается совещание церковного актива, на кото­ром выносится решение всемерно противодействовать закрытию собора и пустить среди рабочих подписной лист с протестом. Вносилось также предложение созвать собрание всех приходов г. Егорьевска, на котором поставить вопрос о закрытии церкви.
В этой же губ. в Дмитровском у. в связи с постановлением рабочих Яхромской ф[абри]ки о закрытии церкви в пос. Леоновском церковный совет совместно с духовенством устраивает нелегальное совещание, на ко­тором принимается постановление добиться разрешения о созыве собра­ния верующих и собрать под подписным листом о закрытии церкви не меньше 2000 подписей. Несмотря на то, что ВИК не дал разрешения о созыве собрания верующих, церковным активом такие собрания созыва­лись в дер. Круглино и Животино, на которых постановлено ходатайст­вовать об оставлении церкви. В Мордовском округе (СВО) в с. Теньгушево группировка церковников и кулаков вела организованную подготовку к выступлению с протестом против отбора церковной сторожки. Участники группировки были разбиты на группы, которые созывали нелегальные со­брания и организовывали заранее население к выступлению.
Вследствие наличия в числе участников массовых выступлений анти­советского элемента эти выступления из протестов против тех или других мероприятий иногда перерастают в открытые антисоветские выступле­ния. Поскольку же для ликвидации выступлений приходилось вызывать милицию, они нередко сопровождались избиением работников милиции, сельсоветов и др[угих] представителей власти. В г. Вязники Владимир­ской губ. во время выступления верующих против ареста священнослу­жителей раздавались выкрики: «Мы голодаем, а вы нам ничего не даете. Дайте нам хлеба. Довольно нас мучить!» и т.п. При этом раздавались вы­крики о том, что «соввласть давит население». В Череповецком у. в Мяк-синском районе крестьяне 4-х селений, созванные в связи с изъятием церковного имущества набатным звоном, избили председателя и секрета­ря сельсовета. В Кузнецком округе в с. Усть-Сосново верующие избили милиционера. В Троицком округе в пос. Кумляк толпа угрожала самосу­дом предсельсовета и секретарю ячейки, требуя возвращения священни­ка, который должен был выехать из поселка по предложению нач[альни-ка] милиции.
Необходимо отметить стремление духовенства и церковников втянуть в выступления наиболее широкие слои населения. Интересна в данном случае попытка во время выступления в г. Вязники Владимирской губ. привлечь к участию рабочих местных фабрик. В Ярославской губ. в связи с выступлением против закрытия церкви при быв. Толгском монас­тыре церковным советом поставлен даже вопрос о переизбрании церков­ного совета с тем, чтобы выбрать в него побольше бедноты, с которой ♦будут считаться в вопросе оставления церкви».
821
Интересны в этом отношении также данные о социальном составе арестованных за активное участие в массовых выступлениях. Так, по 17 массовым выступлениям'из 141 чел. арестованных: духовенства и церков­ников — 25 чел., торговцев — 5, кулаков — 25, быв. людей — 1, серед­няков — 22 и бедняков — 6 (в 57 случаях социальное положение арес­тованных неизвестно).
Увеличение числа массовых выступлений на религиозной почве в пос­леднее время связано с общим обострением классовой борьбы в городе и деревне, что требует со стороны органов ОГПУ пристального внимания к деятельности духовенства и церковных советов, чтобы не допустить объ­единения вокруг антисоветского актива духовенства и церковников всех к[онтр]р[еволюционных] сил.
Приложение Массовые выступления на религиозной почве
Ярославская губ. 20 декабря 1928 г, комиссия в составе нач[альника] общего п[од]отдела УФО, представителей от отд[ела] Главных реставраци­онных мастерских при Главнауке, инспектора УФО и члена Тверицкого ВИКа выехала в быв. Толгский монастырь (находится в 8 км от г. Яро­славля) для расторжения договора с религиозной общиной и передачи мо­настырской церкви в ведение расположенного на территории монастыря детдома (санкционировано ВЦИКом).
К моменту приезда комиссии на месте находились вызванные для сдачи имущества архимандрит быв. Толгского монастыря, председатель] церковного совета, один из членов церковной общины и один из монахов. По прибытии комиссия объявила им о закрытии церкви и предложила приступить к проверке и сдаче имущества, находящегося в ведении цер­ковной общины. Председатель] церковного совета от сдачи имущества отказался, заявив, что он этого не имеет права делать, и что верующие намерены ходатайствовать об оставлении за ними церкви. Получив такой ответ, комиссия приступила к проверке имущества самостоятельно.
Зная о прибытии комиссии, монахи и отдельные члены церковного со­вета перед этим устроили на квартире настоятеля монастыря совещание, на котором было решено не допускать закрытия церкви. И как только прибыла комиссия, два члена церковного совета немедленно с квартиры настоятеля отправились в близлежащие деревни с целью оповестить об этом крестьян. Вскоре в монастырь стала стекаться толпа, преимущест­венно женщин. Собравшиеся пытались ворваться в церковь, где работала комиссия. Раздавались выкрики: «Довольно сосать из нас кровь! Где же свобода? Мы голодаем и коммунисты издеваются над нашими чувства­ми!». Монахи же и члены церковного совета, рассыпавшись в толпе, при­зывали собравшихся оказать противодействие закрытию церкви, заяв­ляя, обращаясь к женщинам: «Вы чего же, бабы, не начинаете? Валите, вам ничего не будет».
Между тем толпа быстро возрастала, насчитывая до 100 чел. Причем мужчины, не обращая внимания на протесты членов комиссии и оттал­кивая их, проходили в церковь, а одним из верующих был даже нанесен удар члену комиссии. Когда комиссия обратилась с просьбой успокоить толпу к настоятелю монастыря, последний категорически отказался это сделать, заявив: «Никаких мер принимать не буду, так как я сам очень взволнован». Ворвавшаяся в это время в церковь толпа потребовала от членов комиссии прекратить работу, и они вынуждены были выйти из
822
церкви, направившись в контору детдома. Вслед за ними направились члены церковного совета с группой женщин и стали настойчиво требо­вать копию постановления губисполкома о закрытии церкви, угрожая в противном случае не выпустить комиссию из монастыря.
Ввиду того, что продолжать работу в таких условиях было невозмож­но, члены комиссии пытались уехать обратно, но оказалось, что лошадь, на которой они приехали, неизвестно кем была уведена. Толпа же, со­бравшись около конторы, все время возрастала и насчитывала до 200 чел. Из толпы раздавались выкрики с угрозами по адресу администрации детдома, обвиняя ее в закрытии церкви. Некоторые из присутствующих мужчин призывали оказать вооруженное выступление закрытию церкви. Под напором толпы комиссия вынуждена была дать копию с командиро­вочного удостоверения одного из членов и, не окончив работы, в 8 час. вечера уехала обратно. После отъезда комиссии настоятель монастыря, обращаясь к толпе, заявил: «Комиссия наверное еще раз придет, так вы, православные, бегите немедленно за народом».
В тот же день два члена церковного совета решили в дер. Жеребково созвать сход и вынести приговор с протестом против закрытия церкви. Не известив сельсовет, они на квартире сельисполнителя написали при­говор, под которым под нажимом зажиточных подписалась и беднота. На следующий день представители церковного совета по дер. Жеребково, Ро-кино, Крюково, Жарки и Толгоболь среди крестьян собирали под этим приговором подписи крестьян.
В этот же день (21 декабря) в УАО явились трое представителей ве­рующих от Толгской религиозной общины и заявили, что, согласно по­становления общего собрания членов общины, они отправляются в Мос­кву для выяснения вопроса о закрытии церкви, а верующие будут про­тивиться закрытию до тех пор, пока не получат исчерпывающего ответа от ВЦИК. В тот же день они выехали в Москву.
23 декабря состоялось заседание церковного совета, на котором одним из членов было выдвинуто предложение переизбрать церковный совет. При обсуждении этого вопроса указывалось: «Теперь нам нельзя быть в совете, т.к. нас считают зажиточными и не будут с нами считаться в во­просе об оставлении храма, нам нужно переизбрать церковный совет и выбрать туда побольше бедноты и молодежи».
Владимирская губ. В ночь с 14 на 15 декабря 1928 г. в г. Вязниках был арестован ряд местных священнослужителей и несколько человек из числа актива верующих. Когда на следующий день 15 декабря в городе стало известно об аресте, с утра около собора, где происходила церковная служба, стала собираться толпа местных мещан. Толпа, состоящая пре­имущественно из старух и девочек-подростков в возрасте от 12 до 15 лет, довольно быстро возрастала и к 11 час. насчитывала до 200 чел. Затем из толпы отделилась группа человек в 40 и с криками направилась в УИК, увеличившись по пути до 100 чел. Подойдя к помещению УИКа, толпа ввалилась в коридоры и стала настойчиво требовать освобождения арестованных. При этом часть толпы направилась в уком ВКП(б), где также настойчиво потребовала освободить арестованных, крича: «Мы го­лодаем, а вы нам ничего не даете и только арестовываете священников да закрываете церкви! Вы не* имеете права делать этого! Делайте с нами что хотите, но собор закрывать мы не дадим!». (Какого-либо постановле­ния о закрытии собора не было.)
823
Стоящая около здания УИКа толпа все время быстро увеличивалась. Среди собравшихся был пущен слух о том, что якобы в 12 час. местные власти придут закрывать собор. Этот слух усилил возбуждение толпы. Некоторые лица стали настойчиво стучать в двери отделов УИКа. Особен­но вызывающе вела себя жена церковного старосты собора, а также две работницы фабрики «Парижская коммуна». Последние, стремясь раз­жечь недовольство толпы, кричали истерическим голосом о голоде, задав-лености населения и т.п.
При помощи вызванной милиции толпа от помещения УИКа была удалена, и она направилась к собору, где сгруппировалась в ограде и на лестнице, заняв выжидательное положение. Торговец Зиновьев, находясь в толпе, агитировал: «Не надо расходиться, вот сейчас на фабриках кон­чится работа, и рабочие пойдут домой, их нужно взять с собой и вместе с ними идти требовать освобождения арестованных». Когда рабочие мест­ных фабрик возвращались с работы и проходили мимо собора, из толпы раздавались выкрики с призывом к рабочим примкнуть к собравшимся, но никто из рабочих к толпе не примкнул. С 2-х часов дня толпа, достиг­шая в это время 300 чел., вследствие уговоров председателя] церковного совета и др[угих], стала медленно расходиться.
На следующий день, 15 декабря, по окончании службы в ограде собо­ра стала группироваться толпа, вскоре достигнув 200 чел. и привлекая внимание приехавших в этот день на базар крестьян окрестных селений. Однако никто из толпы с открытой агитацией среди крестьян не высту­пал. Лишь отдельные торговки и лица из местной интеллигенции, влив­шись в толпу крестьян, выражали недовольство действиями власти. Од­нако благодаря тому, что в толпу крестьян было влито до 100 чел. чл[енов] ВКП(б), эти суждения не находили никакого отклика. Вследст­вие того, что собравшаяся около собора толпа не расходилась, в у[ездный] административный] отдел были вызваны 5 чел. членов церковного сове­та, которым было предложено воздействовать на собравшихся. После этого толпа разошлась и уже больше не собиралась.
В дер. Ефимьево, находящейся в 3-х верстах от г. Вязников, как толь­ко стало известно о выступлении верующих в г. Вязники, сельисполни-тель отдал распоряжение своему помощнику о срочном созыве собрания крестьян, указывая, что в г. Вязниках арестовали священников и закры­вают собор, а поэтому «крестьянам необходимо отправиться в город на выручку». По заявлению сельсиполнителя сделать такое распоряжение от него категорически потребовала жена местного кулака Большакова, отка­заться же выполнить данное требование он побоялся, т.к. являясь бедня­ком, он неоднократно подвергался гонениям со стороны членов семьи Большакова.
Московская губ. В Егорьевском у. «Союз безбожников» в начале де­кабря 1928 г. среди рабочих повел кампанию за закрытие большого со­бора и приспособление его под клуб пионеров. Однако кампания за за­крытие церквей на фабриках уезда со стороны партийных и профессио­нальных организаций велась недостаточно серьезно и шла стихийно, без надлежащего руководства. К тому же она совпала с проведением кампа­нии по перезаключению колдоговоров и отчетной кампании по перевыбо­рам советов. В результате отношение рабочих к закрытию церквей (на Егорьевских ф[абри]ках работает 80% женщин) в значительном числе случаев отрицательно. Так, из общего количества 13 892 чел. рабочих и служащих число подписавшихся за закрытие церквей достигает только
824
3880 чел., а на такой фабрике как «Вождь пролетариата» из 8410 рабо­чих подписалось всего лишь 13,5%. Отрицательное отношение к закры­тию церквей подтверждается также рядом открытых выступлений со сто­роны рабочих.
Духовенство же, как только был поставлен вопрос о закрытии цер­квей, в противовес развернуло свою широкую агитацию. 8 декабря по инициативе одного из священников, председателя и члена церковного со­вета в главном соборе было устроено собрание церковного актива, где кроме инициаторов присутствовал 1 священник, 2 быв. торговца, 1 быв. крупный кустарь и 2 служащих. На совещании указывалось, что необхо­димо всеми мерами противодействовать закрытию церквей, причем было решено пустить среди рабочих подписные листы с протестом против за­крытия церквей. На совещании было также решено созвать в г. Егорьев­ске собрание верующих всех приходов, на котором поставить вопрос «о попытках соввласти закрыть церкви».
10 декабря работница Солнцева (состояла председателем] церковного совета церкви Большого собора, сейчас является членом церковного сове­та, была 7 лет членом городского совета и президиума его) среди работ­ниц-ткачих повела агитацию за то, чтобы пойти в УИК и просить разре­шения о созыве собрания верующих, а также требовать прекращения сбора подписей за закрытие церкви. Благодаря ее агитации 11 декабря в 11 час. дня по окончании работы первой смены ф[абри]ки «Вождь про­летариата» и «Механическо-ткацкой» около 50 работниц отправились в УИК, где, потребовав отмены сбора подписей за закрытие церкви, кри­чали: «Не отдадим церкви. Здесь собрались жиды. Требуем этот вопрос на обсуждение рабочих» и т.п. После часового скандала в УИКе работни­цы вышли на улицу, где к этому времени собралась толпа до 200 чел., которая группировалась по улицам до 4 час. дня.
12 декабря по механическо-ткацкой ф[абри]ке состоялось собрание ра­бочих (присутствовало 700 чел.), собрание проходило бурно, причем чле­нам партии не давали говорить, и оно было закрыто, не дав никакого результата.
Московская губ. В Дмитровском у., в связи с постановлением рабочих Яхромской фабрики 6 закрытии церкви в пос. Леонтьевском, церковный совет совместно с духовенством устроил 16 декабря 1928 г. нелегальное совещание, на котором присутствовало до 8 чел. Председатель] церков­ного совета (быв. крупный кустарь) произнес часовую речь, в которой указывал: «Мы во что бы то ни стало должны удержать церковь. До на­стоящего времени мы все, руководители, мало сделали в отношении уси­ления авторитета нашей церкви, а наши попы занимались только обди­рательством и не учитывали культурного роста рабочей массы и партий­ного влияния на Яхромской ф[абри]ке, которая является основной силой в вопросе о закрытии церкви». После этого внес предложение: добиться в Яхромском ВИКе в ближайшие же дни разрешения на собрание веру­ющих, на котором поставить вопрос о сборе подписей под заявлением против закрытия церкви и собрать не менее 2000 подписей.
23 декабря культпросвет Яхромской ф[абри]ки устроил антирелигиоз­ную лекцию с последующим решением вопроса о закрытии церкви. На лекцию явилось до 700 чел., в том числе и весь церковный актив в со­ставе 15 переодетых монашек, 13 членов церковного совета и 7 торгов­цев, лишенных избирательных прав. Все они явились группой верующих в количестве до 150 чел. Все они пришли в клуб на лекцию прямо из
825
церкви, где перед этим после всенощной священник в проповеди говорил: «Дорогие верующие, спасите хоть одну церковь. Властью не щадится ни одна церковь и мы тогда останемся без божьего дома, в котором мы от­дыхаем от всех мирских скорбей». Вся эта масса требовала поставить первым вопросом вопрос о закрытии церкви и в течение 3-х часов не да­вала лектору говорить. Лектор начинал говорить 6 раз и все время пре­рывался выкриками и угрозами.
Кроме этого, несмотря на то, что ВИКом не было дано разрешения на проведение собрания верующих, церковниками проведены собрания в дер. Круглино и Животино, на которых вынесены постановления хода­тайствовать перед ВЦИКом об оставлении церкви.
Череповецкий округ (ЛВО). В Мяксинском районе 19 марта 1928 г. ад­министративным отделом РИКа, в связи с невыполнением договора рели­гиозной общиной с. Усищевского, было вывешено объявление о растор­жении договора и закрытии церкви, причем сообщалось, что верующие, желающие вновь взять церковь в свое пользование, могут подавать об этом заявление. До 5 июля никаких заявлений о сдаче церквей не посту­пало, а поэтому РИК возбудил ходатайство перед окрфинотделом о пере­даче имущества церкви в госфонд. Окрфинотдел дал соответствующее распоряжение, и на основании этого распоряжения имущество было вы­везено в РИК. Население вначале к этому отнеслось сочувственно и даже помогало выносить и грузить церковное имущество на подводы.
Через неделю после этого в РИК явился крестьянин дер. Мустец с за­явлением о разрешении провести собрание членов религиозной общины. РИК разрешения не дал, указав, что население имеет право проводить собрания в каждой деревне на общих основаниях. На следующий день в с. Усищево набатным звоном были созваны крестьяне нескольких дере­вень, которые, требуя возвращения церкви, избили председателя и сек­ретаря сельсовета. Прибывшие на место представители РИКа и милиции были встречены выкриками: «Бей их, долой богов» и т.п. Необходимо отметить, что перед этим несколько раз созывалось нелегальное совеща­ние церковников, на котором обсуждался вопрос о закрытии церкви.
Мордовский округ. В с. Теньгушеве Краснослободского у. ликвидиро­вана группировка из кулаков и церковников в составе священников Ну-мерова Алексея и Тараканова Григория, дьякона Аладышева Сергея, пса­ломщика Нумерова Николая (сын попа), председателя церковного совета Степаева Ивана, члена церковного совета Ключева Василия (торговец), Кошелева Аверьяна, члена церковного совета (владелец паровой мельни­цы), Каныгина Ильи — церковный староста (торговец), Солдатова Ивана — член церковного совета (торговец мануфактурой).
Группировка устраивала нелегальные собрания, на которых обсужда­лись вопросы борьбы с мероприятиями соввласти, в частности, с хлебо­заготовительной кампанией. При возникновении группировки на собра­ниях присутствовало от 10—15 чел., последнее же собрание 3-го июня проходило при участии 50 чел. Собрания происходили на частных квар­тирах, у гр. Синицына и [в] строящейся церковной колокольне (протоко­лов не велось). Помимо собраний, совещаний группа проводила индиви­дуальные беседы с гражданами села, а также выступала на общих собра­ниях крестьян. На общем собрании, устроенном в связи с хлебозаготов­ками, борьба кулачества вылилась в открытую форму резких контррево­люционных антисоветских выступлений, так как в президиуме были ис­ключительно кулаки. Коммунистам не давали говорить.
826
На собрании уполномоченных пайщиков потребкооперации группи­ровка выступала в организованном порядке, проведя соответствующую подготовку к последнему за одну—две недели. На собрании присутство­вали лица, лишенные избирательных прав. Председательствовал кр[ес-тьяни]н дер. Новоселовка Выксинского у. Нижегородской губ. Сафронов Тихон — быв. белый офицер, выступавший с резкими антисоветскими выпадами, его поддерживал кр[естьяни]н дер. Юрцева — быв. член ВКП(б), быв. эсер (Сафронов и Юрцев входили в Теньгушевское о[бщест]во потре­бителей как пайщики). Группировка была построена по ячейковому принципу. Во главе каждой отдельной ячейки состояли руководители. Примерно: 1 ячейка — «Базарная» — руководитель Маклецов Яков Ива­нович, 2 ячейка — «Сенькин переулок» — руководитель Сенькин, торго­вец мануфактурой, 3 ячейка — «Клюевская» — руководитель Клюев, торговец лошадьми и 4 ячейка — «Объединенная при церковном совете» — руководитель — церковный староста Каныгин Илья Дмитриевич. При всех своих действиях кулацкая группа использовала, главным образом, женщин.
С самого начала хлебозаготовок группа повела усиленную агитацию среди бедноты за отказ от сдачи хлеба государству. Свои запасы кулаче­ство переотправляло в Нижегородскую и Рязанскую губ., а частью раз­дала на сохранение бедноте, родственникам и т.п. Одновременно кулаки подсылали бедняков в кооператив с требованием о выдаче им хлеба. От­мечен случай, когда беднота под влиянием кулацкой агитации задержи­вала подводы с гарнцевым сбором, переотправляемым мельниками в ЕПО, с требованием передачи этого хлеба бедноте.
Посевкампания в селе проведена крайне слабо, так как местный агро­ном был связан с участниками группировки, в апреле агроном присутст­вовал на двух нелегальных собраниях, устроенных духовенством в доме псаломщика, брата агронома (является благочинным Криушинского ок­руга Нижегородской губ.).
Группировка 23 мая и 3-го июня с.г. провела в новостроящейся коло­кольне два собрания, на которых прорабатывался вопрос о проведении мероприятий в отношении противодействий постройке зданий волиспол-кома и клуба на месте церковной сторожки, назначенной к сносу. На со­браниях было решено действовать через верующих. 6 июня 1928 г. вече­ром кр[естья]не, собираясь группами, обсуждали вопрос о постройке ВИКа на месте церковной сторожки. Около 9 час. толпа стала быстро расти, на площади собралось до 1 000 человек кр[естья]н, в преобладаю­щем большинстве женщин и детей, среди которых кулаки вели агита­цию: «Власть хочет около церкви построить клуб и устраивать танцуль­ки, а у нас сторожку отбивают». Возбужденная толпа кричала: «Бей ком­мунистов, долой коммунистов». Священник Тараканов ходил по улицам и дворам и открыто призывал идти на площадь и защищать церковь. Часов в 11—12 ночи толпа разошлась по домам. Утром 7-го июня (10—11 утра) вторично на площади собралась толпа свыше 1000 чел., в большин­стве женщины и дети. Толпа разошлась только к 6 час. вечера.
Троицкий округ. В пос. Кумляк Уйского района на собрании бедноты (присутствовало] 142 чел.) при обсуждении вопроса о реализации средств, собранных по самообложению, был поднят вопрос о необходимос­ти постройки школы, т.к. имеющаяся в поселке школа вмещала всего 150 чел., тогда как детей школьного возраста имеется 500 чел. После продолжительных прений один из присутствовавших внес предложение
827
закрыть церковь и передать ее под школу. Внесенное предложение среди присутствующих вызвало шум, однако большинство высказалось за за­крытие церкви и только незначительная часть возражала, причем не­сколько женщин кричали: «Убейте, а церковь закрывать не дадим». После выступления по этому вопросу секретаря ячейки ВКП(б) и пред-сельсовета подавляющим большинством присутствовавших было поста­новлено церковь закрыть. Для окончательного утверждения вынесенного постановления было решено созвать общее собрание крестьян всего посел­ка. Выступавшие против закрытия церкви прямо с собрания пошли к местному священнику и рассказали ему о всем случившемся. Священник через гонцов известил об этом все население поселка. На другой день утром, когда в избе-читальне проводилось собрание ячейки, совместно с переменным составом красноармейцев, на котором обсуждался вопрос о закрытии церкви, на площади собралась толпа и потребовала открыть общее собрание. Члены сельсовета, ячейки и председатель] РИКа не только опасались открыть собрание, но никто из них не осмелился даже выйти на площадь.
Вышедший на площадь нач[альник] раймилиции заявил крестьянам, что собрание проводить при таком возбуждении собравшихся нельзя и предложил разойтись. Но толпа настойчиво требовала открытия собрания и, схватив уходившего начальника] раймилиции, поволокла его на пло­щадь. Вторично нач[альник] раймилиции заявил собравшимся, что «если они не желают отдавать церковь под школу, то ее никто не возьмет, и на­прасно они поднимают бузу» — через полчаса толпа начала расходиться.
На собрании переменников вопрос о закрытии церкви был также от­вергнут. Вечером в тот же день нач[альник] раймилиции через предсель-совета и избача вызвал к себе священника и, обвиняя его в агитации про­тив сельсовета и ячейки, предложил ему немедленно покинуть поселок. Священник объявил о своем отъезде церковному совету и выехал в пос. Житари. На другой день на площади вновь собралось все население по­селка (820 чел.) и устроило собрание, на котором требовало немедленного возвращения священника и предания суду лиц, его выселивших, причем было постановлено подать петицию прокурору. Над секретарем ячейки и предсельсовета, вышедшими на площадь, толпа едва не устроила само­суд. С предсельсовета было сорвано пальто и затоптано в грязь, секретаря ячейки женщины тыкали в лицо кулаками. При этом собравшиеся угро­жали им, в случае невозвращения священника, расправой. Через 3 дня священник был возвращен обратно в поселок. Население несколько успо­коилось.
Татария. Постановление Калининского ВИКа Казанско-Пригородного района о выселении священника с. Каймар из общественного дома, пред­назначенного под избу-читальню, встретило отрицательное отношение большинства рабочих Кайнарской валяной фабрики. Для приведения в исполнение постановления ВИКа на место выехал милиционер. При пере­возке имущества священника толпа женщин (50—60 чел.) оказала про­тиводействие и не дала выселить попа. На требование милиционера уго­ворить толпу священник обратился к собравшимся со словами: «Право­славные миряне, разрешите мне оставить дом с миром, не делайте зла, не противьтесь власти». Толпа отвечала: «Ничего не будет, мы тебя не дадим в обиду».
Вечером того же дня толпа крестьян из 150—200 чел., в большинстве женщин, подойдя к зданию сельсовета, требовала у предсельсовета выда-
828
чи «виновников беспокойства священника». После ответа предсельсовета, что он не знает виновников, один из середняков обратился к толпе с при­зывом: «Бей его». Середняка поддержал местный кулак, ввиду чего пред­сельсовета вынужден был скрыться при содействии милиционера. Через день, в связи с приездом секретаря волкома ВКП(б) для проведения со­брания бедноты, среди населения распространилось опасение о выселении попа. По набату колокола собралась толпа зажиточных и женщин, пы­тавшаяся сорвать собрание бедноты.
26 октября с вторичным приездом секретаря волкома для организа­ции избиркома около дома местного кулака собралась толпа женщин в 150 чел., требовавшая у секретаря объяснения цели его приезда. Через несколько дней распространились слухи о выселении дьякона с. Чепуги Калининской вол., куда ездил секретарь церковного совета с. Каймар с агитацией против выселения дьякона «по примеру с. Каймар». В дни указанных выступлений Каймарскую школу посещали вместо 37 уча­щихся — 17. Выселение попа не состоялось, причем необходимо отме­тить, что примерно в это же время имели место выступления в Семио­зерской пустыни Казанского района.
Татария. В связи с постановлением Казанского РИКа о закрытии мо­настыря в Семиозерской ел. с оставлением одной церкви из имеющихся 4 в распоряжении общества верующих и отказом РИКа удовлетворить за­явление населения слободы об оставлении в их ведении всех церквей в Семиозерской слободе имел место ряд массовых выступлений. 27 октября с.г. для окончательной ликвидации монастыря «Семиозерская пустынь» и передачи ценного имущества в Госфонд в Семиозерскую слободу выеха­ли представители власти, которые в присутствии предсельсовета, предсе­дателя] церковного совета и одного священника приступили к проверке имущества Воскресенской церкви монастыря, которую предполагалось сдать церковной общине. Во время проверки церковного имущества со­бралась толпа женщин в количестве около 130 чел., которые бросились к дверям собора и не дали его опечатать. Попытка 5 конных милиционе­ров оттеснить женщин от собора окончилась неудачей, т.к. женщины со­вали вперед детей и бросали в милиционеров бутылки. В результате цер­ковь опечатать не удалось и нач[альник] РАО с другими представителями власти вынуждены были уехать, забрав с собой ключи от собора.
Аналогичные выступления имели место и 1 марта, 13 августа и 20 августа с.г., когда представители власти уезжали безрезультатно, т.к. каждый раз при попытке опечатать собор собравшаяся толпа верующих в количестве 200—300 чел. оказывала активное противодействие, угро­жая приехавшим и выкрикивая по их адресу: «Их надо растерзать, убить кольями и серпами. Приезжайте хотя и отрядами, но никого арестовы­вать не дадим и церкви не закроете». Особенно сильное возмущение имело место 20 августа, когда один из милиционеров на требование толпы показать документы на право опечатывания собора и объяснения причин приезда их ночью, обнажил наган. В связи с этим из толпы по­слышались выкрики: «Запрещают веровать! Издеваются!» и категоричес­кое требование снять печати, а также сообщить фамилию милиционера, обнажившего наган. В результате этого милиционеры уехали ни с чем. По делу ведется расследование.
Кузнецкий округ. В с. Усть-Сосново 2 ноября на общем собрании граждан по вопросу передачи закрытой церкви под школу или нардом большинством голосов было постановлено церковь передать (из 333 при-
829
сутств[ующих] за это предложение голосовало 259 чел.)- В исполнение этого постановления сельсоветом была выделена комиссия в 5 чел. для приема церковного имущества. Придя к церкви 3 ноября, комиссия встретила там группу верующих, которые охраняли церковь и не допус­тили к ней членов комиссии. Прибывший председатель РИКа предложил всем разойтись и вместе с нач[альником] РАО пытался опечатать цер­ковь, но верующие не допустили этого сделать и не расходились, а цер­ковный староста Ермолаев И. и брат его Ермолаев Г. начали бить в набат. На место был выслан милиционер, которого, однако, верующие не допус­тили, и он был избит. Чтобы отстоять церковь, церковники вели агита­цию не только в с. Усть-Сосново, но и по другим деревням, из коих к 3 ноября приехало до 50 верующих крестьян, и из них была организова­на охрана церкви. Во время инцидента кулаки вели агитацию против со-ввласти и партии, подстрекая верующих к массовым беспорядкам против представителей местной власти. После посылки делегации верующих к прокурору охрана у церкви была снята. Прокурором дано распоряжение церковь оставить за верующими. В связи с этим инцидентом за антисо­ветскую агитацию и подстрекательство к беспорядкам арестовано 5 чел.
ЦА ФСБ РФ. Ф. 2. Оп. 7. Д. 86. Л. 184—193. Подлинник.
№ 325
Из сводки ИНФО ОГПУ № 1 о политическом настроении сель[ской] интеллигенции Украины и Смоленской губ. по состоянию на 1 января 1929 г.
Не ранее 1 января 1929 г. Украина Учительство
Политическое настроение учительства характеризуется следующими моментами: 1) Ростом за последнее время «крестьянских» настроений учительства, в связи с проведением на селе госкампаний. 2) Ростом анти­семитских и шовинистических настроений. 3) Ослаблением участия учи­тельства в общественной работе. 4) Усилением связи части сельинтелли-генции с кулацко-зажиточными элементами деревни и 5) Проявлением резкого недовольства в связи с материальным положением и продоволь­ственными затруднениями.
Отношение учительства к госкампаниям и крестьянские настроения
Хлебозаготовки и сбор налога вызвали со стороны части учительства недоброжелательное отношение, а в ряде случаев и активное противодей­ствие, путем агитации против сдачи хлеба, налога и т.д.: «Соввласть душит крестьянство налогами. Деревня стонет под коммунистическим ярмом» (Кременчугский округ). «Не сдавайте хлеба по хлебозаготовкам» (Артемовский округ). Среди сельского учительства довольно широко рас­пространены «крестьянские» — кулацкие настроения. С другой стороны, более многочисленные группы учительства, сознавая необходимость про­ведения кампаний, все же не принимали участия в них, боясь обострения отношений с крестьянством и потери авторитета среди крестьян.
Каменецкий округ. Смотричский район. Учитель с. Черчи Гунчаек агитирует среди крестьян: «Сдавать хлеб по заготовке не следует. Селя-
830
нин не такой дурак, чтобы снова сеять хлеб. Хлебозаготовки — это гра­беж. Снова возвращается 1920-й год».
Волынский округ. Пулисский район. Учителя с. Курное Кравчун и Шендеровский призывают крестьян: «Хлеб следует задерживать и ожи­дать высоких цен, а в крайнем случае сдать его частнику».
Кременчугский округ. Крынковский район. Учитель района, обсуждая вопрос о хлебозаготовках, заявляет: «Политика хлебозаготовки неверна. Власть доведет до озлобления массу, особенно середняков».
Учитель Починок в группе крестьян, обсуждая вопрос о налоге, гово­рит: «Налог непосилен, экономический рост сельского хозяйства идет на убыль, у крестьян отпадает заинтересованность в улучшении своего хо­зяйства».
Учительница Михайлова, указывая на тяжелое положение села, гово­рит: «До каких пор с бедных крестьян будут драть шкуру? Налоги слиш­ком большие. Деревня стонет под коммунистическим ярмом».
Шепетовский округ. Учитель Полищук в группе крестьян говорит: «Теперь все недовольны соввластью. Крестьяне говорят, что для них на­стало время хуже крепостного права».
Белоцерковский округ. Кошеватский район. Группа учителей района в беседе о налоге отмечала: «Соввласть каждый год меняет свою политику и ищет как бы получше ободрать селянство. Властвует рабочий класс и его поощряют, а селянина давят и с ним совершенно не считаются». В Сквирском районе по поводу налоговой политики несколько учителей вы­сказывалось: «Беднота — лентяи, они ничего не делают и потому ничего не имеют, а хорошему хозяину приходится за них платить налог».
Зиновьевский округ. В Братском районе учитель Фигин среди крестьян открыто ведет агитацию: «Крестьянство переоблагают налогом. Нам не надо молчать, потому что нас задушат».
Нежинский округ. В беседе о положении крестьянства в связи с нало­гом учитель Веркиевского района заявил: «Крестьянство обирают. Слу­жащие в городах ничего не делают, в то время, как крестьянин день и ночь трудится».
Факты такого рода агитации, направленной непосредственно против кампаний, зафиксированы по всем округам Украины. Антисоветски на­строенная часть учительства широко развернула антипартийную, антисо­ветскую и пораженческую агитацию, распространяя провокационные слухи и т.п.
Артемовский округ. Славянский район. В с. Богородичное учитель Колесник в беседе с крестьянами заявляет: «Соввласть усиленно запасает хлеб для ведения войны. Капиталисты уничтожат коммунистов и мы скоро избавимся от Советской власти».
Бердичевский округ. Учитель Волкотрубовской школы Конинский го­ворит крестьянам: «Власть собирает хлеб для войны и для отправки за границу в счет уплаты царских долгов».
Зиновьевский округ. Учитель с. Тарасовка Дьяченко говорит: «Война неизбежна, капиталисты усиленно вооружаются, и вряд ли Россия может выдержать напор врагов».
Артемовский округ. Учитель Колесников заявляет среди крестьян: «Как бы Красная Армия ни была сильна, в случае войны она не сможет устоять, да и внутренняя контрреволюция спать не будет. Соввласти не­чего надеяться на благоприятный исход. Пусть коммунисты скорее зары­ваются в землю».
831
Вместе с этим антисоветская часть учительства разжигает антигород­ские настроения среди крестьян заявлениями: «Все, что выжимается из крестьян, идет на рабочих и служащих», призывая «отказаться от земли, требовать уравнения с городом, а в случае необходимости не остановиться и перед восстанием» (Тульчинский округ). В своей работе учительство не­редко оказывало прямую поддержку кулакам и зажиточным. Поддержка эта выражается в составлении жалоб и заявлений на якобы неправильное налогообложение, содействии в укрытии хлебных излишков и т.д.
Одесский округ. Заведующий] школой с. Александровки Топчиев, ведя агитацию против хлебозаготовок, прятал на чердаке школы хлеб за­житочных крестьян [...]
Общественная работа и учительство
Повсеместно отмечается снижение участия сельинтеллигенции в обще­ственной жизни села. Это явление зафиксировано в 30 округах Украины. Причина этого явления — боязнь учительства потерять авторитет у крес­тьянства, т.к. общественная работа учителя неизбежно связана с необхо­димостью принять участие в проведении всевозможных кампаний. По по­воду последнего учителя высказываются: «Если принимать участие в проведении кампаний, то наберешь себе врагов среди крестьянства, а это опасно сейчас». Частичный отход от общественной работы имеет место и у части советски настроенного учительства, боящегося преследования со стороны кулаков. В Артемовском округе имел место случай избиения учителя кулаками за то, что учитель оказывал содействие проводимым кампаниям.
Шепетовский округ. Учитель с. Каленичи Кондратюк в беседе с дру­гими учителями о проводящихся кампаниях говорит: «Учительство должно отказаться от участия в проведении различных кампаний. Про­водя эту работу, приходится терять свой авторитет у крестьянства».
Нежинский округ. Учителя с. Носовки говорят о своем участии в об­щественной работе: «Помогать власти в общественной работе страшно, т.к. скоро наживешь врагов среди местного населения и подорвешь свой авторитет».
Зиновьевский округ. Общественная работа среди учительства почти за­мерла. Даже советски настроенная часть учительства почти не занята об­щественной работой. В с. Федосиевке учителя Дмитриев, Гора и Штун-дер, ранее участвовавшие в общественной работе, сейчас отказываются, говоря: «Если принимать теперь участие в проведении кампаний, то ста­нешь врагом крестьян, а это опасно».
Связь сель[ской] интеллигенции
с кулачеством и духовенством
Антисоветски настроенная часть сельинтеллигенции, будучи связан­ной с кулацко-зажиточными элементами деревни, живо реагирует на эко­номическое и политическое ущемление кулака и зачастую выступает в защиту интересов кулачества. Наиболее ярко это выявилось в процессе проведения налоговой и хлебозаготовительной кампании, когда учителя выступали с агитацией против кампаний и пытались организовать срыв их. В результате связи части учительства с кулаками имеет место иска­жение классовой линии в смысле укомплектования школ детьми кулаков и духовенства и игнорирование детей бедноты.
Отмечается пособничество учительства проводимой духовенством антисоветской и религиозной пропаганде (Нежинский и др[угие] округа).
832
Религиозность большого числа учителей переносится ими в среду уча­щихся, которые под их влиянием посещают церкви, прислуживают попам, поют в церковном хоре, заявляя, что «если у нашей заведующей] школой есть иконы, то почему же нам не ходить в церковь?». По вопросу о религиозном воспитании учащихся среди учительства отмечены такого рода заявления, что «религия является духовной пищей для ребенка, ко­торую теперь нечем заменить».
В Одесском округе заведующая] Овиднопольской школой Лебедева за­явила: «Для того, чтобы взять у ребенка религию, надо дать взамен что-либо другое, а у нас нет ни навыков, ни литературы, ни окружения. В прошлом ребенок находил духовную пищу в книгах Ветхого завета, а те­перь если взять Сейфулину с ее «правонарушителями», то мы не созда­дим безбожников, а развратим наше будущее».
Нежинский округ. Носовский район. Коллектив учительства с. В. Де­вица тесно связан с местными попами. Последние настолько подчинили своему влиянию учительство, что отдельные учителя активно содейству­ют попам в антисоветской работе.
Артемовский округ. Заведующий] Гришинской семилеткой Панов связан с кулаками, торговцами и попом. При укомплектовании школы Панов набирал почти исключительно детей торговцев и кулаков. Дети бедноты в семилетку приняты не были.
Черкасский округ. Учительница хут. Хвилевого Нестеровская имеет тесную связь с кулачеством и является кулацким адвокатом в деле осво­бождения кулаков от налога. Нестеровская разъясняет кулакам, что «власть не имеет права навязывать займы» и т.д.
Проскуровский округ. Учитель с. Буцмы Деканюк, быв. псаломщик, поддерживает тесную связь с кулаками и антисоветским элементом. Де­канюк в своей работе учителя оказывает предпочтение детям зажиточных и кулаков.
Бердичевский округ. Среди сельского учительства наблюдается связь с духовенством, сопровождаемая совершением религиозных обрядов. В с. Игнатовка учительство крестило своих детей.
Кременчугский округ. Жовинский район. Учителя района тесно связа­ны с кулаками и духовенством. Учителя Цыбенко, Анчкович, Беляев, Безуглый и другие все время пьянствуют с кулаками и проводят время в их обществе и т.д.
Недовольство материальным положением и недостатком хлеба
Проявления резкого недовольства материальным положением и недо­статочным хлебоснабжением отмечаются даже в части лояльно настроен­ного учительства. Недовольство учительства фиксируется почти во всех округах Украины. На прошедших учительских конференциях учительст­во выдвигало вопрос о систематическом снабжении его хлебом через ко­операцию, дабы избежать необходимости обращаться за хлебом на част­ный рынок и к кулаку.
В Волынском округе учительство говорит: «На учительское жалование невозможно покупать хлеб у частников. Безобразие, что кооперация не отпускает учителям хлеба». В ряде округов, в частности в Артемовском, фиксируется значительное недовольство учительства низкой заработной платой, причем имеют место тенденции к отказу от работы, организован­ному требованию надбавки зарплаты: «Советская власть эксплуатирует нас за гроши, а требует очень много. Надо заявить, что мы не хотим ра­ботать за такую плату». Антисоветская часть учительства моменты недо-
27—4641
833
вольства и продзатруднений использует для агитации и распространения слухов о «голодных бунтах в Киеве», о «вывозе всего хлеба за границу» и т.д.
Нежинский округ. Учительница Пинчук говорит среди учителей: «В Киеве голодные бунты, рабочие выступают с лозунгами «хлеба»».
Одесский округ. Тарасо-Шевченковский район. Учительство выражает недовольство материальным положением, говоря: «Видно, придется голо­дать потому, что на 49 руб. не проживешь, когда пуд муки стоит 12 руб.».
Проскуровский округ. Среди сельских учителей имеется недовольство, связанное с продзатруднениями. Учитель с. Гришки Ременяк Констан­тин, связанный с кулаками, говорит: «Крестьяне получили тяжелый урок во время хлебозаготовок, естественно, что отказываются от продажи хлебных излишков».
Тульчинский округ. Учитель Мазуровской школы Осипчук, возмуща­ясь продзатруднениями, говорит: «В России нет хлеба, и это наши дости­жения на 12-м году революции. Крестьянство разуверено в возможности хорошей жизни при соввласти».
Белоцерковский округ. В Доме просвещения при Союзе Работпроса группа учителей высказывалась: «До чего мы дошли. Дороговизна отча­янная, хлеба и сахара нет. Москва снабжается в первую очередь, а вся остающаяся пшеница вывозится за границу в уплату долгов, мы же здесь голодаем».
Смоленская губ.
Учительство. Засоренность состава
Состав учительства Смоленской губ. в значительной степени засорен антисоветским и классово-чуждым элементом. Значительная засорен­ность учительства социально-чуждыми элементами вызвала за последнее время рост антисоветских проявлений со стороны его. Среди учителей, обслуживающих сельские школы, имеется большая прослойка быв. офи­церов, торговцев, попов, детей помещиков и кулаков и лиц, лишенных избирательных прав. Эта прослойка учительства, отказываясь от участия в общественной жизни села, выступает с агитацией против текущих кам­паний в деревне, критикуя политику партии в отношении крестьянства и заявляя, что «политика соввласти в деревне мучает крестьян» (Вязем­ский у.). Участниками такого рода выступлений являются преимущест­венно учителя с антисоветским прошлым, связанные с кулацко-зажиточ-ной частью деревни и т.д. Особенно засорен состав учителей Смоленского у., где в некоторых школах учительский персонал во главе с заведующи­ми школ целиком состоит из людей с антисоветским прошлым.
Смоленский у. Демидовская вол. Заведующий] школой Ляхов И. — сын купца 2-й гильдии, быв. крупный торговец. В 1923 г. исключен из Московского университета, ныне имеет крупное хозяйство и собственный дом. Его заместитель Цибельский A.M. — быв. эсер. Учитель Кожечкин — домовладелец, антисемит, имеет крупное хозяйство, не принимает ника­кого участия в общественной работе. Учительница Якимович Ю.Я. — дворянка, дочь польского помещика.
Монастырщенская вол. Заведующий] Досуговской школой-семилет­кой Столяров — быв. эсер. В 1925 г. учительствовал в Монастырщинской вол., откуда был вычищен за антисоветскую деятельность. Учительница данной школы Маслова-Меренова окончила Институт благородных девиц, быв. помещица, выселенная в 1928 г. из имения Алехново. Лишена из-
834
бирательных прав. Учитель данной школы Залесский — сын священни­ка, лишен избирательных прав. Учитель Строганов — быв. офицер, анти­советски настроенный.
Краснинская вол. Учитель Трояновской школы Чернюгов Г.В. — за­житочный крестьянин. В прошлом был монахом, затем впоследствии был попом. Ныне имеет кулацкое хозяйство.
Монастырщенская вол. Заведующий] Соболевским техникумом Попов — сын священника, антисоветски настроенный. Снял с работы об­ществоведа-крестьянина и передал преподавание обществоведения быв. архиерею Извекову. Извеков окончил высшую духовную академию, слу­жил архиереем и ныне преподает в техникуме исторический материа­лизм.
Демидовская вол. Учительница Луговской школы Колзунова-Скачков-ская — дочь крупного мельника. В 1919 г. была приговорена к расстрелу за убийство одного партийца, но расстрел был ей заменен 10 годами тюрьмы и затем амнистирована. В 1923 г. поступила в Луговскую школу.
Ярцевский у. Ярцевская вол. Учитель Коровинской школы Таруть-ко Т.А. — зажиточный, сын полицейского. Лишен избирательного права.
Вяземский у. Артемовская вол. Учитель Бахтеевской школы Доронин — быв. торговец, самогонщик. Караваевская школа того же у. Учителем школы является Соколов И., до 1918 г. в с. Караваеве был попом.
Аналогичные факты засоренности учительства в той или иной степени отмечены во всех уездах Смоленской губ.
Антисоветские проявления среди учительства
Ряд антисоветски настроенных школьных работников, будучи связан с кулацкой верхушкой деревни, ведет активную антисоветскую работу, группируя вокруг себя учеников — детей кулаков, попов и пр. Эта часть учительства преследует бедняцко-батрацкое ученичество и подвергает травле учеников-общественников.
Смоленский у. В Качановскои школе заведующий] школой Пригоров-ский, быв. белый, обострил отношения с учителем Войтковским, имев­шим большой авторитет среди учеников. В результате преследования Войтковского последний вынужден был уйти. Когда учащимся стало из­вестно об отъезде Войтковского, они организованно просили губОНО и уком ВЛКСМ оставить Войтковского. Так как он все же не был оставлен, то учащиеся в день отъезда прекратили занятия, организовали под руко­водством ячейки ВЛКСМ демонстрацию и с пением революционных песен отправились на вокзал провожать Войтковского. Об этой демонстрации был поставлен в известность волком КП и ВЛКСМ, и последние никаких мер к предотвращению ее не приняли.
Рославльский у. Шумячская вол. Учителя сельской школы: Голубович — сын кулака, Котляров — быв. офицер, сын полицейского урядника, Га-лемский — быв. юнкер, совместно с быв. эсером Николаенковым и быв. чиновником Хамцовым систематически ведут антисоветскую работу, ор­ганизуя травлю учителей-общественников, травят учеников-комсомоль­цев и пионеров. Учитель Голубович сорвал с пионера Черниловского пи­онерский галстук, вытер им доску в классе, заявив: «Не нужно носить этот собачий ошейник, с него пользы мало, им можно лишь удавиться». Учитель Котляров при поездке с экскурсией в Ленинград говорил: «Я еду в тот город, который недостоин носить имя проходимца Ленина». Учи­тель Галемский на школьном собрании говорил: «Вавилонская башня, со-
835
здавная соввластью за 10 лет, рухнет. Советская власть погибнет. В СССР нет свободы. В Германии есть свобода слова и печати».
Вельский у. Учитель Монинской школы Ланин среди учеников отзы­вается о бедняках: «Батраки — это не ученики, им не учиться, а зани­маться грязными делами в деревне, да скот в поле гонять».
Нелидовская вол. Учитель Кутеевской школы Шупиков систематичес­ки издевался над учеником — сыном бедняка Михайловым, высмеивая его, оскорбляя и т.д. В результате Михайлов перестал ходить в школу.
Кулацкие настроения учительства
На учительских собраниях и конференциях при обсуждении вопроса об очередных политических задачах по работе в деревне отмечены много­численные случаи выступления учителей с критикой линии партии в де­ревне. Эти выступления «в защиту крестьянства» имеют явно кулацкий оттенок и в отдельных случаях приводили к срыву собраний.
Смоленский у. Монастырщенская вол. В с. Егорьеве при проведении самообложения на собрании крестьян выступил учитель Залесский. После выступления Залесского, направленного против самообложения, собрание было сорвано.
Краснинская вол. На учительском собрании выступил учитель Заха­ров с заявлением: «Правительство скверно делает, что с/х налогом не дает развиваться сельскому хозяйству. Чуть хозяйство поднимается, его сейчас же начинают прижимать налогом».
Вяземский у. Ассуйская вол. На учительской конференции выступил учитель Шустров, заявивший, что «все сводится на нет. Советский Союз разоряется. В с/х политике виноваты верхи, которые дают директивы, а низы, боясь отклонения, жмут еще больше. Налоговая политика в ны­нешнем году оставляет по одной корове в хозяйстве. Это позор, а не стро­ительство. Крестьянство озлоблено и дойдет до волнений. В ЦК и Полит­бюро имеются резкие расхождения между Калининым, Рыковым и Буха­риным».
Семлевская вол. На конференции учителей волости учитель Пересле-гин заявил: «Против соввласти идет не только все крестьянство, но и по­головно вся беднота. Кроме учителя, за мужика некому заступиться». В с. Митьково на заседании сельсовета выступил учитель Васильев И.В., быв. офицер, с заявлением: «План проведения посевной кампании совер­шенно неправильный. Население деревни увеличивать посевную площадь не будет, т.к. слишком тяжелый налог. Большинство хозяйств продает последний скот».
Учительство и общественная работа
Почти повсеместно по Смоленскому у. наблюдается стремление сель­ского учительства уклониться от участия в общественной работе деревни. Учительство, недовольное зарплатой, выдвигает в качестве условия свое­го участия в общественной работе оплату ее и повышение материального обеспечения учительства вообще. В кампании по распространению займа индустриализации школьные работники принимали слабое участие и во многих случаях отказывались от какого бы то ни было участия в прове­дении кампании.
Моменты разложения учительства в быту
Зафиксированы многочисленные случаи пьянства и хулиганства от­дельных учителей, дискредитирующих себя перед населением. Нередки случаи, когда крестьяне требовали снятия с работы учителей, скомпро-
836
метировавших себя систематическим пьянством и хулиганством. На со­брании крестьян в одной деревне было вынесено постановление: «Ввиду беспрерывного пьянства учителя обязать крестьян не давать учителю самогона».
Смоленский у. В Павлиновской вол. в отношении учителя, системати­чески пьянствующего и неоднократно пытавшегося насиловать учениц-подростков, крестьяне вынесли постановление о снятии его с работы.
Вяземский у. Подгорная вол. В дер. Лобанове учитель Семенов, напив­шись на религиозном празднике, ходил пьяным по улице, отплясывая под гармошку и распевая бессмысленные песни.
Рославльский у. Корсиковская вол. Учитель Ширковской школы систе­матически пьянствует и беспросыпно валяется на улице деревни. Крестья­не вынесли постановление не давать учителю Константинову самогона.
Смоленский у. Пригородно-Елънинская вол. Учитель Передельников-ской вол. Лизунов И.В. был привезен к ВИКу до полусмерти пьяным. Ругаясь и хулиганя, Лизунов заставлял крестьян качать себя.
Религиозные проявления учительства
Среди отдельных школьных работников зафиксированы проявления религиозности, причем в отдельных случаях учителя не только сами по­сещают церкви, выполняют религиозные обряды, но и привлекают к этому детей и даже нелегально преподают в школах закон божий.
Смоленский у. Монастырщенская вол. Учительница Гостимлевской школы Машкова систематически посещает церковь. На диспуте выступа­ла совместно с попом в защиту религии. В школе учит детей молиться богу.
Переснянская вол. Учительница Лобковской школы Иванова система­тически посещает церковь, поет на клиросе.
Вяземский у. Батюшковская вол. Заведующая] Будаевской школой Легкая М.П., когда умерла ее мать, пригласила на похороны духовенство и учащихся школы и заставила их выполнять религиозные обряды.
Отношение учительства к смоленским событиям154
Антисоветская часть сельского учительства мероприятия по оздоров­лению смоленского советского] и партийного] аппаратов и вскрытие ряда злоупотреблений в деятельности тех или иных советских работников восприняла как начало дискредитации партийного руководства вообще. Ряд учителей, злорадствуя по поводу снятия с работы и арестов отдель­ных коммунистов, заявляли: «Теперь мы добьемся демократии, теперь мы поговорим, навязывание фракций теперь невозможно». Впоследствии же, когда началась чистка соваппарата от социально-чуждых элементов, антисоветские группы учительства начали говорить, что «критикой пере­гибают палку».
Массовой чистки среди учительства не проводилось, лишь отдельные лица были сняты с работы за явно дискредитирующие поступки. Совет­ски настроенная часть учительства в связи со смоленской чисткой выска­зывалась на всех конференциях за улучшение качественного подбора учителей и за дальнейшую массовую чистку школ от социально-чуждого и вредного элемента.
Медработники. Засоренность состава
Состав медицинских работников, также как и учительство, в значи­тельной степени засорен социально-чуждым элементом, враждебно отно­сящимся ко всем мероприятиям партии и соввласти. Особенно враждеб-
837
ное отношение можно отметить со стороны врачей, большинство которых неудовлетворительное материальное положение и условия работы медпер­сонала связывает исключительно с «советской системой», противопостав­ляя этому дореволюционное время, когда «врачи находились в значитель­но лучших условиях».
Смоленский у. Кардымовская вол. Заведующий] Преображенским са­наторием Рабинович — быв. меньшевик, сгруппировал вокруг себя в са­натории быв. помещиков и белогвардейцев. Сестра санатория Пискорик — полька, дочь полковника, за контрреволюционную работу содержалась в концлагере, до революции служила в офицерском госпитале. Счетовод са­натория Загнетьева П.В., лишенная избирательных прав, исключена из профсоюза, быв. помещица, жена расстрелянного польского шпиона, со­держалась в тюрьме 2 года.
Бохотская вол. Заведующий] Ново-Михайловским медпунктом Обо-лин К.П. лишен избирательных прав, имеет кулацкое хозяйство, батра­ков и поденных рабочих. До 1928 г. служил в УЗУ, откуда был вычищен.
Бохотская вол. Ветеринарным врачом волости является Раков А.П., выселенный из имения Коровино, помещик.
Катынская больница. Врачом больницы является быв. графиня Кол-лер, уже давно намеченная к снятию с работы, но до сих пор не снятая. Незначительная часть советски настроенных медработников подвергается травле и незаконным увольнениям со стороны антисоветских элементов. Зарегистрированы случаи, когда антисоветские элементы среди медработ­ников стремились избавиться от коммунистов, выживая их из медучреж­дений. Так, например, заведующий] Преображенским санаторием вы­гнал из санатория трех секретарей ячейки, добивавшихся чистки санато­рия от белогвардейцев и помещиков.
Связи с кулачеством, пьянство и взяточничество
Отдельные медработники, связанные с кулаками совместным пьянст­вом и получением подарков и взяток, в результате чего в подаче лечебной помощи предпочтение отдается зажиточным, а беднота получает помощь в последнюю очередь.
Смоленский у. В Катынскую больницу на излечение принимаются большей частью зажиточные. Беднячке Картавенковой было отказано в лечении ребенка. Вслед за ней был принят на излечение ребенок зажи­точного из Башуток. Врач больницы Бурков систематически устраивает у себя попойки, занимается взяточничеством. В больнице Бурков прини­мает мало больных, отсылая к себе на дом, где лечит их за особую плату.
Вельский у. Шиздеровская вол. Акушерка Высоковской больницы Ла-зурина оказывает помощь крестьянам, преимущественно кулакам, за вы­сокую плату.
Смоленский у. Бохотская вол. Фельдшер Ново-Михайловского мед­пункта Киселевский без взятки отказывается принимать больных. Крес­тьянин дер. Кислое Михеенко лечился у Киселевского, давая ему сало и масло, когда же Михеенко перестал давать ему продукты, то Киселев­ский выгнал его из медпункта. Врач Монастырщенского пункта Готгильф брал с крестьян плату 50 коп. в час. Были случаи, когда Готгильф брал по 10 руб. за поездку.
ЦА ФСБ РФ. Ф. 2. Оп. 7. Д. 523. Л. 10—23. Заверенная копия.
838
№ 326
Вьвдержки из деревенской корреспонденции,
идущей в Красную Армию
Февраль 1929 г.
Предпринятый по линии ЦК просмотр 100% корреспонденции, иду­щей в Красную Армию (распоряжение тов. Ягода)155, показал, что кам­пания по усилению хлебозаготовок привлекла серьезное внимание дерев­ни. В большинстве писем, касающихся хлебозаготовок, имеются указа­ния на принудительное изъятие хлеба, «реквизицию» и введение прод­разверстки.


30, 31 января и 1 февраля
2, 3 и 4 февраля
Просмотрено писем
4237
4243
Сделано выписок
172
198
В % к числу просмотренных
4,1
4,7
Ежедневно конфискуется от 30 до 40 писем с явно контрреволюцион­ным содержанием, идущих в Красную Армию.
«Москва.
За последнее время что-то кажется нехорошо в смысле вот этой заго­товки хлеба. Что-то как-то страшно становится с их заготовкой. Они гово­рят, что хлебозаготовка обязательно нам нужна. Николай 2-й имел запа­сы на 12 лет. У нас в настоящее время запаса ничего нет. Мы хотим сде­лать лет на 6, но только плохо тем, так по-моему заготовку не делают, сначала вызывают в совет и говорят, сколько ты можешь вывезти хлеба, конечно, тех людей вызывают, зажиточных и надежных, но как говорить, если сказать мало, они тогда говорят, ну хорошо, если у тебя мало хлеба, то мы придем сами посмотрим, а если ты нам соврал, то все заберем и тебя отправим, как ты думаешь, законно это или нет. Если добровольно, то добровольно, но не надо так запугивать граждан. Где же у нас теперь власть рабочих и крестьян. До нас еще не касались, не знаю, срок говорят этого самообложения продлен до февраля. Постановили собрать сначала деньгами по 35 коп. с рубля. Не знаю, сколько положат хлебом. Не пишу точно, т.к. не был на собрании. Вообще жизнь было наладилась, а теперь пугает, как бы с этой заготовкой не пришлось голодать, как в 21 г. Мне кажется городским жителям лучше, чем сельским, до них это наверное не касается. Теперь кредит[ное] т[оварищест]во что-то проделывает, кто из членов брал долгосрочный кредит на 2—3 года, берут сейчас, денег нет, продают скотину, смотря кто сколько брал. Вот как посадили, что даже курам смешно делается. Каждый надеялся что-либо себе сделать на день­ги, а получилось что хуже нечего и быть, ведь тут похоже на темную игру в карты, кто кого обыграет, кто же после этого будет писаться в члены, брать эти деньги, ты посуди сам. Где же лозунг кооперации в смысле по­мощи крестьянству по возможности во всех отношениях.
1 февраля. Грязи Тамбовской губ.».
«Москва.
У нас есть на селе новости — реквизируют хлеб, а у кого есть излиш­ки хлеба, принуждают вывозить, а если у кого много и не везет, то арес­товывают хозяина и вешают казенный замок.
30 января. Сталинград». 839
«Москва.
У нас в настоящее время настроение крестьян какое-то напряженное, именно потому, что за с/х налог некоторых стариков подтягивают по всем правилам за просрочку налога берут хлеб, скотину и проч[ее] барах­ло. При том в настоящее время идет хлебозаготовка. В кооперации неко­торые товары дают только на хлеб. На базаре уже не увидишь частного закупщика хлеба. Как чуть появилось немного мешков, так и гонят их в кооперацию. Дальше начинают делать самообложение, покупка займа по укреплению крестьянского хозяйства. Конечно, хотя на все указанное недовольна несознательная часть населения, но между прочим, немного тяжеловато малоземельному крестьянину. Между прочим все это неваж­но, хотя и трудновато, но надо строить социалистическое хозяйство Рес­публики. В культурном отношении деревня понемногу растет, переходит на многополье. Применяют травосеяние и т.п.
30 января с.г. с. Шетуховка Курской губернии».
«Москва.
Сейчас я только получил твое письмо. Отвечаю и немедленно уезжаю на село, качать налог, страхплатежи, хлебозаготовительную кампанию. Проводить кооперирование и все такое. Мобилизовали какие только были силы на селе. Бешенная горячка особенно с самообложением и хлебоза­готовкой. Из этого сужу, что положение страны скверное. А посмотрел бы ты какой сейчас политический кризис в деревне. Ужаснулся бы. Се­рьезно и без преувеличения говорю, что-то невероятное, контррево­люция] и духовенство подняли голову. Вместо изб-читален — церкви переполнены крестьянами, первые пустые (проповеди, чтение исподтиш­ка), контр-революц[ионное] гадание на сходках собрания, когда начнешь говорить, все общество почти затыкает глотку, драться прямо лезут. Мас­совые протесты против намеченной партией и правительством политики самообложения. Конечно, взгляд мне кажется крестьян неправильный, на попа дают, на школу нет. Влияние контрреволюции] огромное. Она (контрреволюция]) сумела настроить на 90—100% крестьян против пар­тии. Не говорю, что по всем селам такое положение, есть лучше, но не­заметно. Я обслуживаю 18 больших сел и почти в каждом одинаковое положение с маленькой разницей. Политпросветработы почти никакой нет. Беда. Что делать? Все партийные и комсомольские силы брошены на деревню и все-таки мало удается сделать. Сегодня я получил новое назначение в село (12 верст от дома). Нужно ехать надрывать глотку, агитировать за самообложение, которое раз сорвано, сняли того и назна­чили меня — поручили выполнить задачу. Ты не можешь себе предста­вить, как это тяжело будет бороться одному, против нескольких сот че­ловек. Тяжело работать. Снова начал я худеть немного. Сейчас у меня есть бешенное желание (дурацкое) я бы с удовольствием стрелял попов, если бы возможно, сколько они портят дела. И еще плохо — заготовляют хлеб, все куда-то отправляют, крестьяне хотят покупать — нет. По мель­ницам, кооперативам нигде нет.
31 января. Кожанка, Б.Церк[овский] окр.».
«Москва.
С хлебозаготовками у нас дело обстоит весьма скверно. Мы сейчас уже применяем всевозможные методы по хлебозаготовкам вплоть до методов военного коммунизма (имей в виду, что я тебе пишу партсекрет) и ре­зультаты все же плачевные. Проклятое кулачество имеет по 3—4 тыс.
840
пудов и ни фунта не сдают, чего-то выжидают. Я лично думаю, что они именно выжидают применения к ним больше подобного военному комму­низму и я лично, пожалуй, на это согласился, раз оно не считается с положением страны. Но мы пока что нажимаем на задолженность за ними, а по магазинам воспретили всякую продажу товаров за деньги, даем мануфактуру только за хлеб, т.е. тому, кто сдает хлеб. Нужно все же тебе сказать, что с казачества трудно выполнить директиву партии, но мы люди бывалые и надеемся линию партии выполнить.
31 января, Константиновская, Дон».
«Москва.
У нас в настоящее время в Рассказово у мужиков на базаре хлеб стали отбирать по 84 коп. за пуд, а рожь по 72 коп. Это стали отбирать в ко­операцию и ссыпные пункты, стали брать по твердой цене у мужичка, а то говорят, что он очень дорого торгует по 1 руб. — 1 руб. 05 коп. Мужик теперь хлеб никакой не возит на базар и ссыпные пункты, потому что ему в кооперации деньги не платят, а дают талон за его хлеб по та­лону ему можно брать мануфактуру, но не на все деньги ему нужна ма­нуфактура, а кому и не нужна, ему нужны другие вещи, а в кооперации этого нет, ему может нужна корова или лошадь или еще что-нибудь, а в кооперации того нет. Вот поэтому и ничего не везут. Прошлый базар ра­зогнали и отбирали по экетной цене, а теперь он не везет никакого хлеба, в рабкоопах стали продавать по книжкам муку по 1 руб. 16 коп. белую муку на книжке по 3 фунта, а у кого книжки нет, тому приходится брать у частного торговца по 15 коп. за фунт. По книжке все в очереди и жди в очереди, а мужик теперь обозлился и скажет полтора, а то и два рубля пуд хлеба, что-то стало время хуже, строжее и злее.
1 февраля. Рассказово Тамбов[ской] губ.».
«Москва.
Последнюю треть налога платить 1 февраля, но на нас сделали такой нажим, что должны были платить 15 января, а кто не успел того пере­дали суду. Суд присудил в два раза больше, а если не платить, то сейчас опись имущества, а с торгов весь скот пошел за полцены. Мы думали, что кое как выплатили налог и слава богу, но не тут то было. Приезжает из Кургана член исполкома Алексеев и дает нам задание хлеба из 3 де­ревень 6000 пуд., а когда сказали, что хлеба нет, то он сказал, что мы [для] вас сделаем 21 год пойдем по амбарам и выгребем. Ну что ж нам делать? Согласились и не скажу, что даром, не по ценам ржи принимали и вывезли свое задание, что ж ты думаешь не успели довезти как при­езжает из Варгашинского РИКа Т.М. и объявляет, чтобы сделали само­обложение в 3 000 и облигации 2 500 руб., ты не думай, что когда де­лалось собр[ание], то проводилось по — советски, нет это делалось с об­маном. Не объясняют, что такое самообложение и облигации, вы знаете из газет. В селе Саломатном обманули и на хозяйство пришлось по 500 руб., 300, 200, 100 и самое малое 50 руб. Крепко нам наказано, что они нас не бросают и до тех пор нас мучают, пока не согласишься, вот какая жизнь. Если возможно, то узнай, кум, как там относятся к этому.
1 февраля». Штампа и подписи нет.
«Москва.
Понес, а они уехали, подходит отец в сельсовет, дает эти 2 руб. сек­ретарю, которые они велели принести. Секретарь у нас Варяка, а он их не берет, принести ему все, потом принял эти 2 руб. 20 коп. и говорит
841
давай все, отец говорит, у меня сейчас нет, пойду достану и принесу, а он знать ничего не хочет давай сейчас, отец говорит где ж я тебе сейчас возьму, а Варяка серьезно исполняет запрягает лошадь и едет насыпать у него ржи, отец говорит лучше не езди я принесу сейчас деньги и пошел домой, не успел взойти в избу, а они идут опять. Нач[альник] милиции, М. Манин и В. Васильечев. Милиционер рассердился на отца, ты почему не принес налог, а отец — я несу сейчас, а они — теперь опоздал, срок истек, теперь нам нужна рожь, а отец говорит — рожь не трогайте я понесу деньги, а они без всякого разговора принесли меру и начали насыпать рожь, а отец им говорит не троньте, а они не обра­щают внимания, отец тут пошел в сельсовет для того, чтобы опередить их и отдать деньги, а потом вернуть их с рожью обратно, они начали насыпать пока с успехом, мать вышла и сказала не троньте рожь, ведь понесли деньги, а нач[альник] милиции на мать — иди туда, а куда это не твое дело, а ей свое жалко, она еще раз повторила, он на нее как крикнет тебе сказал иди, а куда идти, мать вошла в избу, а они насы­пали неизвестно сколько и уехали, обогнали отца и приехали прямо в сельсовет, приходит и отец туда и говорит верните рожь, а деньги нате, а они на него замолчи, ты арестован, пришлось молчать и поехали они ссыпали и взвесили может быть там 20 пуд., а они приходят и говорят, что ржи вышло 13 пуд. 30 фунт., 1 руб. 70 коп. отдали будто бы отцу лишних, когда отдавали отцу эти деньги, и квитанцию отец не хотел брать, а они говорят, если не возьмешь, то ответишь, посадим в тюрь­му, взяли отца на испуг и вручили ему деньги и квитанцию и так нам было обидно, что и сказать нельзя.
30 января. Большая1*...»
«Москва.
Как у вас обстоит дело с продовольствием, хлеб у нас похоже рекви­зируют, приезжают агенты и просят добровольно, кто привезет хлеб, тот получает мануфактуру, эта картина кажется очень неблагоприятна для крестьян, потому что крестьяне все недовольны, ты знаешь какой у нас урожай, через пять лет получаем средний урожай, а тут ставят вопрос так — хлеба нет и мануфактуры нет.
30 января. Сталинградская] губ.».
«Москва.
У нас сейчас идет сбор недоимок за семенную ссуду, собирают так — все начисто. У кого нет денег, то продают последнюю корову и курицу, даже снимают пиджаки и все продают за недоимки.
Курдюм Саратовской губ.».
«Москва, Овчинниковская набережная, д. № 8. М.В.Хрипченкову.
Тут отбирают хлеб и так отбирают — предпишут сколько привезти пудов, а если не привезешь, то сажают и отбирают пшеницу, но вы на­верное ничего не знаете, я читал в газете, где пишут, что крестьяне будто хлеб везут добровольно, но вот тут-то такая лавочка, так что крестьянам жизнь ни к черту».
«Москва.
У нас в деревне стало плохо. Крестьяне недовольны своим правлением за большие налоги, денег взять негде, а им ни почем. Давай последний хлеб и гони скотину на базар, продавай, а давай.
Ряжск Рязанской губ.». 842
«Москва.
У нас большая нужда. Пропал хлеб и реквизируют. Хлеб весь выта­щили из закрома и вывозят в элеватор.
Мордово Тамбовской губ.». «Москва. Хлеб забирают, оставляя на душу 1*/2 пуда.
Усть-Медведицк Сталингр[адской]губ.».
«Москва.
Во всех станицах Кубани у населения идет опись всего наличия зерна. Оставляют только на посев и прокормление, остальное заставляют выво­зить — применяется полнейшее насилие. Под давлением Легоньки было принято постановление о самообложении 35% с налоговой суммы и был назначен срок выполнения трехдневный. При сельсовете постоянно нахо­дится пост милиции. Настроение у всех тревожное.
Владикавказ, 8-й полк связи». ЦА ФСБ РФ. Ф. 2. Оп. 6. Д. 597. Л. 31—34. Машинописная копия.
J* Далее в тексте пропуск.
№ 327
Сводка информотдела ОГПУ № 17 о ходе хлебозаготовительной
кампании и политнастроении крестьянства в связи
с мероприятиями по усилению хлебозаготовок
Не ранее 10 февраля 1929 г.
Центр
Тульская губ. По состоянию на 10 февраля. Первая пятидневка фев­раля дает снижение хлебозаготовок (909 тонн вместо 1392 тонн за 6-ю пятидневку января). Вторая пятидневка опять дает увеличение (1079 тонн). В Веневском районе хлебозаготовки почти совершенно прекрати­лись. Резко сократился подвоз хлеба в Ефремовском, Плавском, Епифан-ском и других районах. Сокращение подвоза хлеба в значительной степе­ни вызывается: 1) ослаблением нажима по сбору с/х налога и др[угих] платежей (на 1 февраля с/х налога собрано всего лишь 86,1% и страх-платежей — 58,4%, задолженности по семссуде на 7 февраля поступило только 34,3%; 2) частичным выпрямлением заготовительных цен в глу­бинных пунктах, где до последнего времени имело место систематическое превышение заготовительных цен против конвенционных; 3) вывозом хлеба по рыночным ценам в соседние (Калужскую, Рязанскую и Москов­скую) губернии.
Деятельность скупщиков хлеба
Наблюдается оживление частных скупщиков — мешочников, приез­жающих, главным образом, из Калужской губ. В Одоевском районе 2 февраля скупщики сняли с рынка почти весь хлеб, подняв цену: на рожь до 1 руб. 85 коп., ржаную муку — 2 руб. 10 коп., овес — 1 руб. 70 коп. и пшено — 3 руб. 10 коп. Массовый наплыв скупщиков отмечается в Теплинском, Чернском, Крапивенском, Плавском и др[угих] районах. Из Веневского района хлеб значительными партиями вывозится в Рязан­скую губ.
843
В Арсеньевском районе на базаре милиция пыталась задержать груп­пу скупщиков, везших в Калужскую губ. до 1500 пуд. хлеба, но местные крестьяне под влиянием зажиточных воспрепятствовали этому и скупщи­ки благополучно уехали.
Недочеты в работе кооперативных] заготовителей
Со стороны отдельных сельских кооперативов отмечены случаи пере­продажи заготовляемого зерна частникам по спекулятивным ценам. В Чернском районе Дьяковское ПО из заготовленного хлеба продало част­никам 250 пуд., Голощаповское ПО Крапивенского района — 150 пуд. Аналогичного рода перепродажи производились также Нарышкинским ПО, Дедиловским кред[итным] т[оварищест]вом и Оболенским ПО.
Местами принимают ненормальный характер сделки, заключаемые кооперативными организациями с частными мельниками на поставку хлеба, получаемого за помол. Характерен следующий факт: Арсеньевское кредитное т[оварищест]во, заключив договор с тремя мельниками на по­ставку ими хлеба, получаемого за помол, предоставило им право увели­чить плату за помол с 3 до 4 фунтов, что вызвало сильное недовольство крестьян. Мельник с. Монаенки на вопрос крестьян о причинах повыше­ния платы за помол заявил: «На меня власть нажала, предложив мне везти хлеб в кооперацию по 80 коп. за пуд, но вместе с тем власть раз­решила мне и с вас брать побольше, я здесь не при чем и действую со­гласно договора, я ведь тоже не должен страдать от того, что сдаю свое зерно по лимитным ценам в кооперацию». В связи с этим среди помоль­щиков отмечаются разговоры: «Сама власть заключила договор с частны­ми мельниками и указала им, чтобы с нас брали они больше; говорят о том, чтобы сдавать свой хлеб в кооперацию по 80 коп., да и еще теперь приказано частному мельнику с нас дороже брать, где же справедли­вость?».
Недочеты в работе низового соваппарата
В работе низового соваппарата, особенно по линии сбора с/х налога и др[угих] видов задолженности, продолжает отмечаться ряд недочетов. Со стороны отдельных работников сельсоветов не принимается никаких мер по усилению поступлений задолженности, слабо применяются репрессив­ные меры к неплательщикам, отсутствует учет плательщиков с/х налога и т.п. Отмечены факты отказов от описи имущества у неплательщиков и ухода с работы работников сельсоветов. В Дубенском районе большинство сельсоветов не проводило никакого нажима на неплательщиков с/х нало­га и др[угих] платежей. Некоторые из членов сельсоветов заявляют: «Без прикрепленных от РИКа никаких мер принуждения к неплательщикам принимать не будем».
Ясно-Полянский сельсовет Щекинского района, составив описи иму­щества у неплательщиков, никакого отчуждения по ним не производил, а поэтому вся проведенная работа результатов не дала. В Серебряно-Прудском районе имели место факты, когда уполномоченные сельсоветов совершенно отказывались от участия в работе по сбору с/х налога и со­ставления описи имущества у неплательщиков. Аналогичные факты от­мечены в Тарусском районе.
В Ильинском сельсовете Курнинского района совершенно не велось учета поступления с/х налога. По данным РИКа налог выполнен на 52%. При проверке же оказалось, что выполнено только 32%. В Веневском
844
районе некоторые члены сельсоветов высказываются против применения репрессивных мер к неплательщикам, заявляя, что «тогда нас сожгут».
Наряду с этим отмечен ряд фактов попустительства зажиточным при одновременном нажиме на бедноту. В свое оправдание работники сельсо­ветов заявляют: «Зажиточные в силах платить налог, и они уплатят без описей, с бедняком же труднее». В Щекинском районе председатель] и секретарь Калединского сельсовета, несмотря на распоряжение РИКа, не предоставили протоколов на злостных неплательщиков с/х налога 1-го срока, поставив вопрос на обсуждение общего собрания, и в РИК был представлен протокол собрания: «Не считать злостными неплательщика­ми зажиточных крестьян, которые были указаны сельсовету налоговой частью РИКа».
В Веневском районе один из председателей сельсовета за несвоевре­менную уплату налога описал у бедняков последних кур, к зажиточным же никаких репрессивных мер не предпринимал, мотивируя это тем, что «они все равно уплатят». Аналогичные факты имели место в Воловском районе.
Лигищенский сельсовет Одоевского района при составлении списка неплательщиков для передачи его в суд, несмотря на соответствующее указание РИКа, не выявил имущественного положения неплательщиков. В результате в числе осужденных оказался бедняк, который судом был оштрафован на 14 руб.
С целью оздоровления работы сельсоветов к ряду работников сельсо­ветов принимаются репрессивные меры, которые по данным на 6 февраля выражаются в следующем: под суд — 45 чел., смещено — 22 чел. и объ­явлены выговора — 117.
Настроение бедноты и маломощного] середн[ячества]
Беднота и маломощная часть середнячества, не располагающие в дан­ное время хлебными излишками, одобряют мероприятия в отношении удержания твердых заготовительных цен. В ряде случаев бедняки выска­зываются за усиление борьбы с перекупщиками хлеба. Ими же выдвига­ется требование организованного снабжения маломощных слоев деревни хлебом через кооперацию и ККОВ.
В дер. Борково Белевского района бедняки высказываются: «Мы должны вынести постановление, чтобы хлеб на рынке продавался по твердой цене, этим мы убьем спекуляцию и дадим возможность бедняку приобрести для своих нужд хлеб по дешевой цене».
В Болотском сельсовете Одоевского района бедняки заявляют: «Мы, бедняки, политику соввласти должны всецело приветствовать, ведь толь­ко мы нуждаемся сейчас в хлебе. Если бы не кооперация, то кулаки драли бы с нас весной по 3 руб. за пуд хлеба. Нужно применять более строгие меры к спекулянтам хлебом».
На общем собрании в дер. Хочево Белевского района середняк в прени­ях по вопросу о хлебозаготовках говорил: «Нужно по всем дорогам расста­вить отряды из милиции, которые задерживали бы калужских спекулян­тов, так как мы, опасаясь мести калужан, боимся их задерживать». В вы­несенной резолюции крестьяне предлагают спекулянтов задерживать, привлекая к ответственности, и сдавать хлебные излишки в кооперацию.
Настроение середняков, имеющих хлебные излишки
Часть середнячества, имеющая хлебные излишки, высказывается про­тив мероприятий по урегулированию заготовительных цен, требуя по-
845
вышения цен и в ряде случаев поддерживая лозунг «расширения хлебной торговли», выставляемый зажиточными и кулаками.
В дер. Алексеевка Белевского района среди середняков имеют место разговоры: «Неправильно делает Советская власть, вводя на хлеб лимит­ные цены. Власть должна была снизить цены на товары до довоенного уровня, а потом уже и устанавливать лимит».
В Одоевском районе один из середняков говорил: «Правительство за­жимает крестьян и отнимает у них последний заработок — торговлю хле­бом, не давая нам возможностей продавать свой собственный хлеб по ры­ночным ценам».
В Михайловском районе со стороны отдельных середняков имеют место заявления: «Советская власть, понижая цены на хлеб, отнимает у крестьянина возможность укреплять свое хозяйство, частный заготови­тель с высокими ценами на хлеб сделался другом крестьянства, давая возможность вдвое больше получать за проданный хлеб».
Антисоветская агитация кулаков и зажиточных
Кулаки и зажиточные усиленно распространяют разного рода прово­кационные слухи о введении продразверстки, скорой войне и т.п., агити­руя за «свободную торговлю хлебом» и открыто выступая против меро­приятий по урегулированию хлебного рынка.
В с. Сныково Белевского района на общем собрании по докладу о хле­бозаготовках в прениях выступил зажиточный кр[естьяни]н, заявив: «Соввласть для нас хороша, а правители плохи и не дают свободно тор­говать хлебом. Выходит, что для того, чтобы свободно можно было торго­вать хлебом, нужны другие правители, а следовательно и другая власть».
Рязанская губ. По состоянию на 6 февраля 1929 г. Первая и вторая пятидневки февраля по сравнению с шестой январской пятидневкой дают значительное снижение хлебозаготовок (6-я пятидневка января — 1399 тонн, 1-я пятидневка февраля — 362 тонн и 2-я — 658 тонн).
Настроение бедноты и маломощн[ых] середняков
Беднота и маломощная часть середнячества одобряют мероприятия в отношении оздоровления хлебного рынка и снижения хлебных цен, так как в большинстве своем нуждаются в хлебе и вынуждены покупать его. Бедняки дер. Милованово, собравшись в сельсовете, говорили: «Цены на хлеб до того повысили, что нет никакой возможности купить его. Хоро­шо, что Советская власть установила твердую цену, теперь спекулянты далеко не разойдутся и дадут возможность бедняку купить хлеба».
В связи с тем, что кооперативные организации не в состоянии удов­летворить спроса на хлеб, с их стороны выдвигается требование принять меры к снабжению нуждающихся в хлебе бедняков и середняков. В Спас-Клепиковской вол. Рязанского у. бедняки высказываются: «Хорошо пре­кращать частную торговлю тогда, когда можно надеяться, что коопера­тивные организации сумеют снабдить запросы населения, а у нас полу­чилось так, что и частник не торгует, и в кооперации нет хлеба».
Настроение середняков, имеющих хлебные излишки
Более мощные середняки, имеющие хлебные излишки, заостряют свое внимание преимущественно на расхождении цен на хлеб и промтовары и высказываются против установления лимитных цен. В с. Пустынь Спас­ского у. среди середняков имеют место разговоры: «Правительство не до­пускает продажу хлеба на рынке, прижимая этим крестьян совсем, их хлеб и так дешев, а они еще снизили цену, везти в кооператив — это
846
значит отдать его за бесценок, а самому остаться без всего». «У мужика хлеб ссыпается по твердой цене, а промтовары недоступны для крестья­нина. Не дают возможности жить крестьянам, всюду их прижимают».
Кулаки и зажиточные
Кулаки и зажиточные, придерживая хлеб, ведут активную агитацию против сдачи хлеба госзаготовителям. В с. Пушкари Михайловской вол. Скопинского у. зажиточные агитируют: «Большевикам сейчас хлеб нужен, а поэтому сдавать его сейчас в кооперативные органы не нужно, так как на весну он будет дороже, а мы от этого, кроме прибыли, ничего не получим». Распространяются также слухи о возвращении к «разверст­ке» и «военному коммунизму», о подготовке к войне и т.п.
Орловская губ. По состоянию на 7 февраля 1929 г. В первую пяти­дневку февраля заготовлено разных хлебных культур 286 000 пуд. вместо 400 000 пуд., намеченных по плану, и против 495 000 пуд., заготовлен­ных за шестую пятидневку января.
Распространение провокационных слухов и антисоветская агитация
Кулацко-зажиточные слои деревни, стремясь сорвать мероприятия по усилению хлебозаготовок, продолжают усиленно распространять провока­ционные слухи о скорой войне, реквизициях хлеба, введении «разверст­ки» и т.п. В дер. Бейкорке Елецкого у. кулачеством распространяются слухи, что «крестьянам будут оставлять только по 30 фунтов хлеба, а ос­тальной власть заберет». В деревнях, прилегающих к ст. Становой Коло­дезь, циркулируют слухи, распространяемые кулаками и зажиточными, о том, что «вольная торговля всеми видами хлеба прекращается и настает опять 20—21 г., все будет отбираться как и раньше, будут работать ко­миссии по описи и отбору хлеба». Слухи нервируют население. В дер. Себянино Орловского у. кулачеством и антисоветским элементом распро­странен слух, что в некоторых районах государство «уже производит рек­визицию хлеба».
Нетактичные действия низовых совработников
Распространению слухов способствуют иногда применяемые с целью усиления заготовок меры запугивания со стороны отдельных работников соваппарата. В дер. В. Стиж Орловского у. на общем собрании член Ор­ловского ВИКа в конце своего доклада о хлебозаготовках заявил: «Если граждане не повезут хлеб добровольно на ссыппункты, мы будем отбирать насильно», что вызвало волнение среди присутствовавших, заявлявших: «Опять подходят к реквизиции». В дер. Батаевой Песочинской вол. Ор­ловского у. на общем собрании уполномоченный предложил крестьянам собрать излишки хлеба и отвезти в кооперацию. Когда некоторые из при­сутствовавших указали, что у них нет излишков хлеба, уполномоченный заявил: «Как бы нам за это не было хуже». После среди крестьян стали отмечаться разговоры: «Опять начинают брать с крестьян насильно».
Поволжье
Самарская губ. По состоянию на 7 февраля 1929 г.
Ход хлебозаготовок
Первая пятидневка февраля дает снижение хлебозаготовок — с 7179 тонн за последнюю пятидневку января до 4750 тонн (на 34%). Причина­ми, повлиявшими на снижение заготовок, являются: прошедшая полоса буранов и снежных заносов, препятствовавшая подвозу хлеба, насыщение
847
деревни товарами, недостаточные результаты проведения кампании по самообложению и реализации крестьянского займа.
Отношение к вывозу хлеба кулаков и зажиточных
Среди кулацкой верхушки деревни по-прежнему имеет место тенден­ция придержать хлеб до весны. С целью укрытия излишков кулаки и зажиточные раздают хлеб деревенской бедноте (зачастую на кабальных условиях). Прячут его в ямы (Бузулукский у.). В с. Обшаровка, Воскре-сенка, Д. Умет Самарского у. и в с. Преображенка Бузулукского у. заре­гистрированы факты призыва кулачества прятать хлеб. «Хлеб — те же деньги». «Пусть будет пузо голое — да хлеба вволю» (с. Красное Бузу­лукского у.). Кулаки-лишенцы местами пытаются, сдавая свои излишки, добиваться восстановления их в избирательных правах. Так, например, в с. Спасско-Васильевском Самарского у. кулак-лишенец заявил: «Мы вот помогаем соввласти, так нельзя ли меня теперь восстановить в правах».
Угрозы кулаков
Кулаки и зажиточные злорадствуют по поводу затруднений в хлебо­заготовках и угрожают расправиться с теми, кто указал местным сель-властям на имеющиеся у них излишки. В одном селе, где заместитель] председателя] губисполкома проводил кампанию по заготовкам, кулаки говорили: «Где это видно, чтобы вице-губернатор сам приезжал за хле­бом». «Если уж у вас там есть голодные, то присылайте их к нам в де­ревню — как-нибудь уж прокормим».
Бузулукский у. Кулак с. Красная Слободка, недовольный изъятием у него излишков, грозил: «Убьем того, кто это доказал». В с. Марасы Дер-жавинской вол. кулаки, имеющие до 6 000 пуд. излишков, говорят: «Надо найти виновных, доносивших на нас». «Сделать восстание и пере­бить всех».
Отношение середняков к вывозу хлеба
Со стороны середняков, представляющих главную массу сдатчиков из­лишков, наблюдается недовольство расхождением цен на хлеб и промышленные] товары, а местами практикуемыми методами админи­стративного нажима со стороны отдельных низовых работников, извра­щающих существующие директивы. На этой почве отмечены отдельные резкие антигородские настроения.
Самарский у. На общем собрании в с. Воскресенском выступил крес­тьянин-середняк: «Пусть правительство не думает, что мы не хотим дать хлеба — крестьяне весь хлеб вывезли, у них самих к весне не хватит на семена. Нажим правительства на крестьян не обмозгован. За наш счет жиреет рабочий, получая и мясо, и белый хлеб, а нам, крестьянам, при­ходится довольствоваться ржаным хлебом и ходить в лохмотьях. Хорошо бы на рабочих нажать и посадить их на крестьянскую норму, какую для нас устанавливает государство». Это выступление встретило одобрение присутствующих на собрании.
Бугурусланский у. В доме крестьянина в групповой беседе середняки высказывались: «Хлеб описывают, скотину со двора ведут — это, гово­рят, союз рабочих и крестьян. Наверное, докатимся, что скоро по амба­рам начнут ходить за хлебом и все у нас будет «союз с рабочими» — только насмехаются над мужиком». В с. Матвеевке того же у. в беседе с односельчанами середняк высказался: «Если мужику не будут давать ма­нуфактуру, то этим его не запугают — он будет носить льняную рубашку своего производства, но вот рабочие и служащие без хлеба обязательно
848
запоют Лазаря. Разве только снова начнут посылать продотряды и силой будут отбирать хлеб».
Настроение бедноты
Со стороны большей части бедноты проводимые мероприятия по вы­возу хлеба встречают одобрение. Часть бедноты выражает опасение, что к весне на селе окажется недостаток хлеба и беднота очутится в затруд­нительном положении. Характерно предложение бедняка с. М. Троицкого (Бузулукского у.) о том, что «необходимо создать такой комитет крес­тьянской взаимопомощи, который учел бы и ведал всеми хлебными из­лишками на селе». По-прежнему существует недовольство среди бедноты по поводу обмена мануфактуры на хлеб.
Самарский у. Беднота с. Черноморья опасается остаться к весне без хлеба: «Зачем выкачивать весь хлеб из деревень, когда у нас лишнего нет и он нам самим будет нужен?».
Бузулукский у. Бедняки Грачевской вол. говорят: «Вывезут зажиточ­ные хлеба, а где будет брать хлеб беднота?».
Бугурусланский у. «У кого есть излишек хлеба для сдачи, тот полу­чает товары, а бедняку ничего нет — ни денег, ни хлеба, ни мануфакту­ры достать он не может — вот и придется ходить голым и оборванным. Власть должна была бы это учесть и выдать хоть по 2 пуд. зерна на се­мейство для обмена на мануфактуру» (бедняки Пилюгинской вол.).
Нетактичные действия низового соваппарата
Случаи административного произвола по губернии значительно сокра­тились. Продолжают, однако, еще иметь место отдельные факты угроз по адресу держателей хлебных излишков со стороны заготовителей и особен­но работников низового аппарата.
Пугачевский у. Предсельсовета с. Преображенки Давыдовской вол. уг­рожает зажиточным: «Если не будете продавать хлеб по твердой цене — он будет отбираться силой».
Мелекесский у. Член Хрящевского с/х кредитного т[оварищест]ва в с. Сускан говорил держателям излишков хлеба: «Если не повезете хлеб — мы вынуждены будем хлеб отбирать, а вас под суд отдавать».
Бузулукский у. Нач. Вознесенской волмилиции запугивает крестьян: «Сдавайте хлеб, все равно скоро война будет, и мы весь хлеб отберем».
Самарский у. В с. Спасско-Васильевском председатель] ВИКа и отсек волячейки ВКП(б) собрали с волости 56 кулаков и, изложив перед ними «текущий момент», предложили сдать излишки. Кулаки ссыпали около 2000 пуд., за это председатель] ВИКа и уполномоченным УИКа была им вынесена благодарность. Эти же работники в целях усиления заготовок практиковали следующий метод: вызывали повестками отдельных кула­ков и предлагали: «Если не хочешь ссориться с соввластью, то вывези хлеб». В результате было дополнительно вывезено 4000 пуд.
Распространение крестьянского займа
Распространение крестьянского займа проходит слабо. Из предназна­ченной к реализации по губернии суммы займа в 2 850 000 руб. пока реализовано лишь на 100 000 руб. Распространение займа весьма затруд­нено одновременно проводимыми кампаниями по сбору ЕСХН и др[угих] платежей15*.
Отношение середняков и бедняков
В массе своей середняки не выступают против займа, но от подписки часть уклоняется, ссылаясь на отсутствие денег. Характерны заявления
849
в ответ на предложение купить заем: «Рад бы купить и помочь соввласти, да денег нет». «Заем вещь хорошая, но у нас денег нет для его приобре­тения». В двух селах Самарского у., где председатель] губисполкома про­водил сходы по вопросу о займе, на которых присутствовало большое ко­личество народа, при голосовании никто за резолюцию о поддержке займа не голосовал.
Бугурусланский у. Середняк хут. Выходного Пилюгинской вол. выска­зывается: «Заем этот для нашей пользы. Раз я советский гражданин, я должен эту власть поддерживать, насколько в моих силах, а не уверты­ваться». Часть середняков рассматривает заем как «второй налог».
Самарский у. Середняки с. Черноречья о займе говорят: «Нам твер­дят, что с/х налог единый, а с нас еще заем берут — это второй налог».
Бугурусланский у. Середняки с. Куроедово Пилюгинской вол. разме­щение займа расценивают как принудительное взыскание второго налога: «Вот — хлеб вези последний, хотя, правда, дождались за то мануфакту­ру, а тут еще второй налог взыскивают — заем какой-то, а у нас ни денег нет, ни везти нечего».
Беднота в массе своей поддерживает размещение займа: «Надо поддер­жать соввласть и купить заем» (Самарский у.).
Отношение кулаков и зажиточных к займу
Кулацкая и зажиточная верхушка деревни настроена против займа и агитирует против приобретения его.
Самарский у. На общем собрании в с. Павловка выступавшие зажи­точный и кулак агитировали: «Облигации брать не надо, так как соввлас­ти скоро конец. Крестьян посадили на норму, такие мероприятия приве­дут к повторению 17 и 18 г. Будет война между собой». В том же у. в с. Воскресенки зажиточные высказываются: «Что же, помогать и укреп­лять крестьянское хозяйство за наш счет и на наши деньги всякий может».
Случаи принудительного распределения займа
Зафиксированы отдельные случаи принудительного распространения займа при выдаче различных справок и т.п. Предсельсовета с. Разладиво Самарского у. разослал крестьянам отношение нижеследующего содержа­ния: «Гражданину села Разладиво... Согласно постановления расширен­ного пленума сельсовета Вам предлагается сдать хлеб зерном на ссыпной пункт в Тургеневку на сумму 100 руб и деньги эти в 3-х дневный срок сдать в сельсовет в уплату за облигации крестьянского выигрышного займа. Предсельсовета ...»
Пензенская губ. По состоянию на 7 февраля 1929 г. Несмотря на уси­ление хода заготовок в январе январский план выполнен лишь на 33% (заготовлено 1 016 700 пуд.) и годовой план по губернии выполнен на 25% (из 17 миллионов пудов задания заготовлено 4 294 900 пуд.). Пер­вая пятидневка февраля дает понижение по сравнению с последней пя­тидневкой января на 23%. Одной из причин слабого вывоза хлеба явля­ются стоявшие в конце января и в начале февраля морозы и снежные заносы.
Недостаточное снабжение деревни отдельными промтоварами
В ряде районов (Чембарский, Беднодемьяновский у.) спрос на отдель­ные товары (преимущественно сукно, кровельное железо, машины и дру­гие товары) остается неудовлетворенным; по прочим товарам снабжение поставлено удовлетворительно.
850
Чембарский у. По Пачелмскому району хлебозаготовки постепенно все усиливаются. Представители сельхозтовариществ заключают договора с отдельными крестьянскими хозяйствами и коллективами на ссыпку хлеба. Наряду с этим сельхозтоварищества не могут удовлетворить спрос сдатчиков хлеба на сукно, машины и другие товары за отсутствием этих товаров.
Беднодемьяновский у. В Ковылкинском районе, несмотря на достаточ­ное снабжение промтоварами кооперативной сети, наблюдается большой спрос на галоши, сукно и кровельное железо, которых в кооперативе нет.
Недовольство лимитными ценами на овес
В отдельных районах (Беднодемьяновский у.) наблюдаются случаи упорного нежелания сбывать овес по лимитной цене. В с. Торбеево на базар была вывезена крестьянами большая партия овса. Не желая прода­вать овес по твердой цене, крестьяне увезли его обратно. Аналогичное имело место на городском базаре в г. Беднодемьяновске, где продавцы овса, не найдя частного покупателя, не захотели сдавать его по твердым ценам и увезли домой.
Случаи административного произвола
Хотя случаи применения административного нажима к держателям излишков не имеют массового распространения по губернии, в ряде мест (Рузаевский, Краснослободский у.) наблюдаются случаи отбора купленно­го зерна у частных покупателей работниками милиции. Так, например, на городском базаре в Рузаевке милиция отобрала 2 пуда овса у рабочего депо Рузаевки, приобретенного последним для корма гусей. В Красносло-бодском у. нач[альник] краснослободской милиции отдал распоряжение отобрать у скупщиков хлеба все излишки, превышающие 5 пуд. Одновре­менно предложил работникам милиции обойти все постоялые дворы и переписать наличие привезенного крестьянами хлеба, обязав всех вла­дельцев постоялых дворов задержать приезжих крестьян до 7 час. утра. На другое утро милиционеры задержали на базаре всех, скупающих более 5 пуд. Хлеб отбирался у крестьян, имевших удостоверения от сель­совета о закупке хлеба для личного потребления. Отбирался также куп­ленный овес у уполномоченных артелей извозчиков, работающих по вы­возу и подвозу леса в лесничествах.
ЦА ФСБ РФ. Ф. 2. Оп. 6. Д. 597. Л. 116—125. Подлинник.
№ 328
Сводка информотдела ОГПУ о перегибах и извращениях, допущенных при проведении хлебозаготовительной кампании 1928/1929 г., по материалам за время с 20 февраля по 10 марта 1929 г.
Не ранее 10 марта 1929 г. Средне-Волжская область
Самарский округ. В с. Ждамирово при проведении бойкота злостных несдатчиков хлеба сельсоветом был занесен на черную доску середняк, вывезший на ссыппункт 700 пуд. хлеба. В с. Новый Буян бойкоту был подвергнут ряд крестьян-середняков, фамилии которых секретарь ячейки ВКП(б) поместил на черную доску. В том же селе заведующий] школой составил список крестьянских детей, родители коих не сдали хлеба гос-
851
заготовителям, для исключения их из школы. В с. Каменка предсельсо-вета занес на черную доску середняка, сдавшего все свои излишки (в ко­личестве 210 пуд.) госзаготовителям.
В с. Каралых уполномоченный] по хлебозаготовкам вызвал зажиточ­ных и середняков к себе, расспрашивал их о количестве вывезенного хлеба и заставлял помимо того вывозить еще определенное количество хлеба. На отказы держателей излишков он заявлял: «Если ты не выве­зешь хлеба, то будешь считаться врагом соввласти, и мы тебя занесем на черную доску».
В с. Грачевка предсельсовета и члены ККОВ производили вызовы крестьян, в том числе и середняков и бедняков, в сельсовет с целью вы­явления имеющихся у них запасов хлеба, угрожая отказывающимся от дополнительного вывоза хлеба прекратить им продажу товаров из коопе­рации. После этих вызовов среди населения пошел слух о том, что «опять творят насилие по примеру прошлогодних чрезвычайных мер».
В с. Кузьминка уполномоченный РИКа по хлебозаготовкам вызвал в сельсовет зажиточного-лишенца и предложил ему вывезти имеющиеся у него хлебные излишки. После того, как зажиточный согласился из имею­щихся у него 350 пуд. вывезти 50, у него был произведен членами сель­совета обыск, во время которого производящие обыск забрали белье и 500 руб. деньгами.
В с. Озерье сельсоветом создана комиссия содействия хлебозаготов­кам. Комиссия эта произвела до 20-ти обысков не только в зажиточных хозяйствах, но и в середняцких, вызвав среди представителей середняц­кой прослойки сильное недовольство мероприятиями власти. Аналогич­ное [событие] имело место в с. Урусовке, где комиссией содействия по предложению уполномоченного] по хлебозаготовкам произведены обыски в 25-ти хозяйствах, в результате чего в 10 середняцких хозяйствах было обнаружено до 800 пуд. излишков хлеба. Середняки согласились часть излишков сдать хлебозаготовителям. Там же уполномоченный] по хлебо­заготовкам заставил середняков давать подписки о вывозе хлеба. Всего таких подписок собрано 7.
Аналогичное [событие] имело место в Борском районе, где уполномо­ченный по хлебозаготовкам отобрал у крестьян с. Талое 13 подписок о вывозе хлеба, с. Чекалино — 15 подписок, заставляя их расписываться в том, что они в случае невывоза хлеба «отвечают всем своим имущест­вом».
Пензенский округ. Уполномоченный окРИКа наложил на ряд сел По-имского района разверстку по отдельным крестьянским хозяйствам, обя­зывая их вывезти от 30 до 200 пуд. хлеба. Так, на с. Уваровка разверстка дана в количестве 6000 пуд., с. Каменка — 2000 пуд. и т.п. Для сбора хлеба прибегали к помощи милиции.
Кузнецкий округ. В Павловском районе, граничащем с Вольским ок­ругом (Н[ижне]-В[олжский] край), местными властями в целях задержа­ния крестьян, везущих купленный хлеб на базаре, были выставлены за­градительные отряды.
Бугурусланский округ. Уполномоченные по хлебозаготовкам в ряде сел практикуют метод задержания крестьян, отказывающихся от сдачи хлеб­ных излишков. Задержанные отправляются в милицию «для следствия и выдержки» (Абдулинский район).
Пензенский округ. В с. Линяги бойкотируются трое середняков и один бедняк, ранее сдавшие свои излишки госзаготовителям. Подвергнутые
852
бойкоту крестьяне лишены права получения товаров из кооперации и за­несены на черную доску как «злостные несдатчики хлеба».
Мордовский округ. В ряде селений Инсаровского района на черную доску занесены середняки, ранее сдавшие свои излишки хлебозаготови­телям. Так, в с. Адашево подвергнуты бойкоту 32 чел., в Б.-Полянке — 38 чел., Паево — 38 чел. и Ямщино — 43 чел.
В с. Николаевском уполномоченный по хлебозаготовкам предложил сельсовету немедленно провести в жизнь постановление общего собрания крестьян о сдаче всех излишков государству, угрожая в противном слу­чае пойти по амбарам и изъять хлеб.
Ульяновский округ. В с. Архангельском на черную доску занесено 50 чел., из которых большинство середняков. В с. П. Ключ уполномоченный по хлебозаготовкам — член ВКП(б) — произвел подворную разверстку сдачи хлеба. Передавая список хозяйств, которые должны вывезти опре­деленное количество хлеба, сельсовету, он предложил в кратчайший срок выполнить контрольное задание. После того, как крестьяне узнали о под­ворной разверстке, по селу стали усиленно прятать имеющиеся запасы хлеба. Уполномоченный по хлебозаготовкам, узнав об этом, произвел по­вторный обход по селу, проверяя наличие хлеба по амбарам, заставляя держателей излишков вывезти назначенное количество хлеба. Отказыва­ющимся середнякам говорил: «Если не вывезешь, сколько велю — будет плохо».
Оренбургский округ. Уполномоченный по хлебозаготовкам Троицкого РИКа запугивал крестьян: «Вам нужно обрезать языки и выкачать весь хлеб — тогда только хлебозаготовки двинутся». Крестьяне по поводу таких действий уполномоченного говорили: «С таким уполномоченным далеко не пойдем; вместо того, чтобы вести среди несознательных крес­тьян разъяснительную работу, он нас запугивает отрезанием языка». Председатель Герасимовского сельсовета с одним из членов сельсовета явились к местному кулаку для проверки наличия у него хлебных из­лишков. Найдя у него 400 пуд. хлеба, он потребовал указать, где хра­нится хлеб в количестве 1000 пуд., ссыпанный у него приказчиком ПО. Когда кулак ответил, что этого хлеба у него нет, предсельсовета стал гро­зить «зарезать» его. Присутствующие при этом крестьяне возмущались: «Коммунисты говорят, что по амбарам ходить не будут, а на деле выхо­дит совсем другое».
Нижне-Волжский край
По материалам за время с 20 февраля по 10 марта 1929 г.
Вольский округ. Уполномоченный РИКа по хлебозаготовкам, будучи в с. Лебежайке Хвалынского района, угрожал крестьянам: «Кишки выпу­щу, шкуру сдеру, а хлеб возьму». Вызывая к себе крестьян в сельсовет, он насильно требовал от них подписки о добровольном вывозе хлеба, держа все время на столе револьвер. Аналогичное [событие] имело место в с. Благодарном, где уполномоченные РИКа отбирали у крестьян такие же подписки, запугивая их отправкой в ГПУ. В с. Поповке таких подпи­сок собрано до 20-ти.
Пугачевский округ. Председатель] Духовницкого коопхлеба вызывает в сельсовет держателей излишков, заставляя их выдавать подписки о вы­даче определенного количества хлеба. Отказывающихся от вывоза хлеба запугивал: «Кто не продаст хлеба, тот будет объявлен врагом соввласти».
Сталинградский округ. Уполномоченный] коопхлеба в хут. Липов-ском угрожал держателям излишков: «Если вы сейчас не сдадите хлеб-
853
ные излишки, то через некоторое время мы их принимать не будем, а вас сочтем за злостных укрывателей». В хут. Край-Балка Котельников-ского района предсельсовета угрожал крестьянам принудительным изъ­ятием хлебных излишков.
Центрально-Черноземная область
По материалам за время с 27 февраля по 8 марта 1929 г.
Тамбовский округ. Гавриловское ПО Пересыпкинского района с целью усиления хлебозаготовок вынесло постановление о лишении права полу­чения промтоваров тех пайщиков, которые якобы «злостно задерживают хлеб». Бойкоту подверглись 17 пайщиков, среди которых имеются и се­редняки. В с. Рождественском Рассказовского района милиционером был задержан обоз в количестве 20 подвод, владельцев которых он заставил в принудительном порядке сдать хлеб в местную кооперацию.
Льговский округ. Заведующий] хлебозаготовительным пунктом в с. Износково при заключении с мельниками договоров на сдачу гарнце­вого сбора запугивал наложением штрафа, конфискацией имущества и грозил посадить в тюрьму.
Северо-Кавказский край
По материалам за время с 1 февраля по 1 марта 1929 г.
Кубанский округ. Командированный в ст. Александровскую Каневско­го района уполномоченный по хлебозаготовкам — работник Кубселькре-дитсоюза, член ВКП(б), для усиления работы на заседании президиума сельсовета провел постановление о том, чтобы станицу разбить на квар­талы, каждый квартал обложить определенным количеством зерна, в за­висимости от мощности квартала, и предложить вывезти зерно. Одновре­менно им было предложено председателю ККОВ, члену ВКП(б), вызвать для обработки «человек 15 сазанов» (зажиточных). На следующий день в кабинет предсельсовета явилось 13 таких «сазанов», среди которых было несколько человек лишенцев. Уполномоченный приступил к обра­ботке. Всех выходящих от уполномоченного вызывал к себе секретарь ячейки ВКП(б) и продолжал «обрабатывать». В результате обработки 7 человек в тот же день вывезли 240 пуд. хлеба.
Майкопский округ. В ст. Родниковской у беднячки, старухи 75-ти лет, сын которой убит в гражданскую войну, комиссией был произведен обыск. Из обнаруженных 3-х мешков муки и 3 чувалов пшеницы пред­седателем сельсовета было отдано распоряжение отобрать 3 чувала пше­ницы. В ст. Божедуховской, Рязанской, В.-Дашковской закупочными ко­миссиями практикуется «индивидуальная обработка» крестьян. Их вызы­вают и предлагают сдавать излишки, угрожая в противном случае вы­сылкой в Соловки, конфискацией имущества, исключением из земобще-ства и т.д.
Донской округ. В ст. Грушевской старшим милиционером во 2 квар­тале станицы был произведен поголовный обыск с целью обнаружения хлебных излишков. Среди населения ходят слухи о применении чрезвы­чайных мер. Уполномоченный РИКа, работающий в 3 и 4 квартале ста­ницы, угрожал: «Если не продадите хлеба — вышлю в Соловки, завтра же арестую и погоню в Новочеркасск».
В ст. Н.-Деревянкинскои Староминского района уполномоченным] по хлебозаготовкам практикуются вызовы для «индивидуальной обработки». При описях имущества недоимщиков накладывается арест на зерно. В
854
сельсовет поступает масса заявлений с отказом от земельных наделов с указанием, что «заставляют вывозить и посевной материал».
В с. Кагальник подвергнуто свыше 50 хозяйств бойкоту, среди кото­рых есть маломощно-середняцкие.
Терский округ. Уполномоченный по хлебозаготовкам в Прикумском сельсовете Минводск[ого] района производит массовую индивидуальную обработку крестьян, вызывая сразу по 50 чел. Среди хлеборобов сильное недовольство: «В такую страдную пору отрывают от работы на целый день».
Всех фактов перегибов за февраль зарегистрировано 35, большинство которых падает на Донской и Терский округа.
В Терском округе по ряду сельсоветов хлеборобы в результате запуги­вания их тюрьмой за несдачу хлебных излишков сдают часть семенного материала. В Терском округе с целью усиления хлебозаготовок зареги­стрированы случаи описи имущества и изъятия его у бедноты, случаи не­законных арестов и т.п. (с. Ново-Заведенское, Н[ово]-Павловская, ст. Старо-Павловская, Советская, Прикумская, ст. Прохладная, Родни-ковская и т.д.). Так, в [ст.] Ново-Павловской за недоимки подвергнуто описи имущество до 50 бедняцких хозяйств. У отдельных бедняков за незначительную недоимку описаны подушки, сундуки, самовары и про­чая хозяйственная утварь.
В с. Ново-Заведенском уполномоченный] РИКа арестовал одного маломощного середняка за непогашение задолженности. Середняк нахо­дился под арестом двое суток. У отдельных батраков и бедняков за недо­имки были описаны последние коровы, посевной материал и т.п.
В ел. Буденновской многие бедняки в связи с описью имущества за недоимку продают скот, ходят по зажиточным просить деньги, продают даже стельных коров и т.п. Наряду с этим по целому ряду сел и станиц (Сабли, Н[ово]-Павловское и др.) кулацкие и зажиточные хозяйства, яв­ляющиеся злостными недоимщиками, репрессиям не подвергаются.
ЦА ФСБ РФ. Ф. 2. Оп. 7. Д. 527. Л. 76—79. Заверенная копия.

№ 329

Комментариев нет: